– Ну что, как комнаты разделим? – улыбнулся Александр.

Кристина заглянула в спальню, где почти всё пространство занимала двуспальная кровать. Интересно, у них будет что-то на этой кровати?

– Если вы не против, я буду спать тут, - Кристина села на покрывало и вытянула ноги.

– Ну, кто первый встал того и тапки, - рассмеялся Александр. – Зато мне достался телевизор.

– Мне он совсем не нужен.

– Ну я всё равно приглашаю.

Кристина чуть не сказала «Я тоже», но вовремя поняла, что это может быть неправильно истолковано.

– Если хочешь принять душ и переодеться к обеду, то поспеши, а то я умру с голоду. В самолёте за компанию отказался от обеда.

– Я быстро, - Кристина подхватила свой чемоданчик и закрылась в спальне. Выбрала голубой сарафан с открытой спиной, подходивший к тёмным волосам, из которых она соорудила высокий пучок, открыв шею. Немного подкрасила ресницы, тронула губы помадой и вышла.

Александр, глядя на неё, случайно нажал на пульт и выключил телевизор, даже этого не заметив.

– Я уже говорил, что ты красивая.

Кристина подошла ближе, улыбаясь.

– Красота должна приносить пользу или удовольствие.

– Хм, - Александр поспешно встал с дивана. – Наверно, мне тоже нужно переодеться.

– Я могу подождать.

Он ещё раз взглянул на Кристину, потом ласково заметил:

– Красота такое же испытание, как и богатство.

– Думаете? – Кристина подошла к окну и снова взглянула на речку, внезапно её посетила странная мысль, что она должна побыть там одна.

– Я подожду вас там, на берегу, - Кристина исчезла за дверью.

На набережной в обеденный час народу было немного. Кристина облокотилась на парапет и некоторое время смотрела на горы, потом на быструю воду, сбегающую небольшими порогами. Речка обмелела по берегам, обнажив белые камни, словно зубы в улыбке. Кристина чувствовала волнение. Место казалось не столько знакомым, сколько родным по умиротворению, которое её охватило.

«Как же здесь хорошо», - сказала она вслух и засмеялась. Эти берега, поросшие травой, белые камешки-зубки определенно хранили какую-ту тайну её прошлого. Но я же никогда здесь не была, подумала Кристина, вновь устремляя взгляд на горы. Из-за магнолии вышло солнце, и девушка услышала мелодичное козлиное блеяние.

– Откуда здесь козы? – засмеялась она, прикрывая глаза от солнца рукой. Ни у воды, ни на набережной никаких животных с рожками не наблюдалось, но девушка почувствовала себя беспричинно счастливой. Современный ленивый Сочи исчез, и вместо него она увидела совсем другую картину. Вдоль речушки стояли хижины, мимо которых она проходила, погоняя небольшое стадо козочек. Время от времени она останавливалась и здоровалась с кем-нибудь из жителей. А иногда присаживалась на маленькую скамеечку и, подзывая к себе одну из козочек, доила молоко в глиняную крынку. Пальцы двигались быстро и умело, она напевала песенку. «Спасибо, Акзиса», - услышала она мужской голос и окончательно растерявшись, попятилась от речки, наткнувшись на кого-то сзади.

– А смотреть, кто будет? – услышала она весёлый голос Александра. Его хлопковая белая рубашка так напоминала прежнее одеяние и глаза…

– Не может быть! – воскликнула девушка, испытывая странное желание поцеловать его.

– Что я пропустил? – спросил Александр.

– Я была здесь.

– В каком году?

– В 1860, - быстро ответила Кристина и начала рассказывать то, что ей привиделось.

Слушая её, Александр облокотился на парапет и прикрыл глаза. Он видел себя, словно со стороны, совсем молодым, полным жизни. Просторная рубаха, черкеска, на поясе кинжал. В руках деревянная дудочка, которой он подзывал коз. И удивительное ощущение радости от проведения каждого дня на горных пастбищах. Но была ещё какая-то причина его счастья. И тут увидел девушку: карие глаза, две каштановые косы до талии. Они жили по разные стороны реки и встречались у ручья, а дальше забирались в горы пасти коз вместе. Невеста с детских лет. Внезапно перед глазами опустилась чёрная пелена, а сердце сжалось от боли.

Александр чуть пошатнулся, Кристина подхватила его под локоть.

– Что с вами?

– Что-то сердце прихватило, - он вяло улыбнулся. – Не стоит лазить в прошлое.

– Может, посидим?

Александр перевёл глаза на покрытые зеленью горы, глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться. Ему вдруг стало понятно, почему он не позволял себе думать о Кристине, притворяясь её другом. Однажды испытав, упрямая память пронесла боль потери через жизни, воздвигнув новые преграды в настоящем.

– Что ты сказала?

– Предложила посидеть, вон скамейка.

– Уже всё в порядке. Мы можем идти обедать. – Он почувствовал слабость, словно не ел неделю.

– Всё-таки забавное имя Акзиса, - заметила Кристина, беря его под руку. – Вы когда-нибудь такое слышали?

– Когда-то очень давно, - усмехнулся Александр. – Думаю, пока мы здесь, мы многое раскопаем из нашего прошлого.

На старика, разложившего книги на каменном парапете, никто не обращал внимания. Да и кому сейчас нужно это старьё? Отдыхающие, вооруженные мобильниками, в которых есть вся информация, проходили мимо.