— Много ты знаешь о земных аппаратах, — услышала Руслана бормотание Тресилова. Или ей показалось, что она услышала?

— Олег, — голос Наруддинова стал тонким, как лезвие бритвы, — он сбрасывает скорость. Медленней. Еще медленней. Черт, чем же он маневрирует?.. Мерцание какое-то сзади… Ложится на параллельный курс. До него не больше километра. Мы двигаемся рядом. Рядом!

Светляки передвигались по черной дуге лунного неба, словно привязанные друг к другу.

— Никаких деталей на поверхности «яйца» не видно?

— Ряд кругов по периметру чуть ниже нашлепки и… Надпись, что ли?.. Слушай, Олег, я срочно вызываю «Дальтур». Нужно им сообщить. Такого еще свет не видывал! Да и «Роскосомосу»…

— Отставить!!! — чуть не лопнули наушники скафандра Русланы от разъяренного крика Тресилова. — Отставить! Что ты им сообщать будешь? Хочешь, чтобы всех нас тут за идиотов приняли? Чем они нам помогут? Чем они нам помогли? Советы только давали да сопли вытирали…

— Совершенно верно, — раздался внезапно в эфире хорошо поставленный, незнакомый мужской голос.

Руслана вдруг ощутила такой жар, словно с нее содрали скафандр и бросили, голую, под раскаленное лунное солнце. Это ощущение внезапной обнаженности усилилось и тем, что у нее перехватило дыхание. Как в безвоздушном пространстве. Голос был твердым, уверенным и каждая интонация в нем — математически выверенной. Так мог говорить только Бог. Или Сатана.

— Совершенно верно, — повторил голос. — Сделать соответствующие разъяснения и оказать вам помощь в данной ситуации смогу только я. — И, поскольку эфир пораженно молчал, добавил: — Если, конечно, пожелаете. — Эфир снова молчал. Поэтому голос был вынужден холодно произнести: — Позвольте представиться. Дэн Маккольн, борт «Лунной Республики».

— Здравствуйте, — пискнула Руслана. Ребята слышно не было.

— НАСА, что ли? — в конце концов, выдохнул Наруддинов.

— Никоим образом.

— Европейцы?

— Не нужно гадать. Я — «Лунная Республика». И этим сказано все.

Наруддинову понадобилось около минуты, чтобы переварить полученную информацию. После этого он кашлянул в пространство:

— Да нет, сказано еще не все. И объяснено. Командир, — обратился он к Олегу, — я просто обязан связаться с «Дальтуром» и обрисовать ситуацию. — В его голосе проскользнули насмешливые нотки. — Так, говоришь, конкуренты прибыть могут? Ну-ну…

— Я имел в виду «Пан-Орбитал», — суетливо кинул Тресилов, но его перебила «Лунная Республика».

— Никому ничего сообщать не надо. — Голос Маккольна оставался спокойным, но стал таким холодным, что Руслана поежилась в скафандре. — Конечно, я здесь оказался не случайно. Меньше нужно было на всю вселенную кричать про аварию. Даже на закрытых частотах. Однако, мой рейс экспериментальный и окутан легким флером таинственности. Не хотелось бы нарушать этого приятного состояния.

— Я вынужден принести свои извинения за определенное нарушение вашего комфорта, — не менее изысканно отозвался Наруддинов, — но, согласно инструкциям, я обязан связываться с полетным центром при малейшем отклонении от штатной ситуации.

— По-моему, вы отклонились от нее настолько далеко, что еще один шаг в сторону ничего не изменит.

Тресилов молчал. Руслана не выдержала:

— Да бросьте вы!.. Господин Маккольн, а вы можете снять нас с поверхности?

— Вот, — отозвалась «Лунная Республика», — я всегда говорил, что истинное положение дел ясно, хотя и интуитивно, ощущают только женщины и дети. Конечно, смогу… Госпожа Барбикен, если не ошибаюсь? Можете называть меня просто Дэн. Это относится и к остальным членам экипажа «Тайги».

— У вас довольно много информации, — хмуро заметил Наруддинов. — В отличии от нас.

Желтые пятнышки орбитальных аппаратов начали подползать к ослепительному пространству солнечной короны.

— Хватит ерничать Сергей! — неожиданно зазвенел голос Тресилова. — Тебе хорошо рассуждать там, наверху. А у нас, между прочим, модуль снова завалился. В другую сторону. Хуже того, воздушные баки раздавило. Если в течении еще нескольких часов мы не покинем Луны, то… В общем, я приказываю тебе ни с кем не связываться. Это, заметь, вопрос жизни и смерти двух людей.

Руслана поймала себя на том, что при каждом слове Олега она согласно кивает головой.

— Совершенно верно, — послышался спокойный голос Дэна. И тон этих слов настолько был похож на тон самых первых слов, услышанных экипажем «Тайги» с борта «Лунной Республики», что вызвал впечатление магнитофонной записи.

— Ну, если вы ставите меня в такие условия… — неуверенно начал Наруддинов. — Хорошо. Забирайте людей, господин Маккольн. Я — молчок…

Руслане показалось, что в последней короткой фразе Сергеем Михайловичем было недосказано какое-то слово. И она имела большое подозрение, что этим словом было слово «пока». Очевидно, такое ощущение возникло не только у нее, потому что в шорохе усиливающихся радиопомех она разобрала, как «Лунная Республика» ответила орбитальному модулю «Тайги»: