— Здесь его хорошо готовят. Выбирайте, какой вам больше нравится.

Может, она всё же крикнула ему вслед? Кире стало неловко.

— Я взял на себя смелость заказать, — продолжил КиберКот. — Не обидите отказом?

Новикова быстро придвинула себе белый кусочек торта и вежливо поблагодарила. Зачем же человека обижать. Тем более, если всё такое вкусное… С минуту над столом висело молчание. А потом Константин продолжил:

— Нет, Геннадий не всегда был таким. Ему просто очень рано пришлось повзрослеть. Взять ответственность за семью. Ему было тогда пятнадцать или шестнадцать…

— Его родители разошлись? — предположила Новикова.

— Нет, дядя Коля никогда бы не бросил детей и жену, — сказал КиберКот таким тоном, будто Кира оскорбила его лично. — Он погиб.

Уже второй раз она вляпывается из-за незнакомого «дяди Коли». Нужно всё-таки разобраться с этим вопросом, чтобы не подорваться на этой мине в третий раз.

— Геннадий Николаевич говорил, что он был моряком, — осторожно вбросила шар Кира.

— Гена про него рассказывал? — искренне удивился Костя.

— Нет, — помотала головой Новикова. — Просто я нечаянно… отдавила в черной комнате хвост черному коту. Хотелось бы на будущее знать, где он прячется. Во избежание, так сказать… — и она попыталась скопировать улыбку Кота из Шрэка.

— Да, его отец был командиром подводной лодки. Она затонула во время испытаний. Очень шумная и некрасивая история тогда вышла. Лодка была спущена с местного судостроительного. Были жертвы среди заводчан, которые тоже находились на лодке. Какой-то заводской брак. Но одно время всех собак пытались повесить на «ошибку командования». Для Колчевских тогда были очень тяжелые времена.

Да уж. Отдавила так отдавила. Кира расстроилась.

— Но это дело прошлое, — Костя по-дружески сжал ее руку. — Гена — практически гениальный руководитель. А то, что суров, — так у нас Россия. Только расслабишься, так тебя сразу… нахлобучат, — политкорректно закончил он.

— А когда появился Воронцов?

Раз уж ей выпал шанс узнать историю фирмы из уст, фактически, отца-основателя, Новикова не собиралась его упускать. Кто знает, сколько еще черных котов прячется под этой крышей и сколько мышиных скелетов кроется в его подвалах?

— О, Мишель тоже начал работать с Геной еще с универа. Он уже тогда был очень хорошим дизайнером.

Мороженное подошло к концу, и Кира притянула поближе тортик.

— Они такие разные, — вдруг осознала она. — Как им удается уживаться вместе?

— Очень хорошо, — Костя уткнулся взглядом в кружку и чуть заметно улыбнулся чему-то свеому. — Мишель глубоко уважает гендира. И у них гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд. Вот кто действительно разный, — собеседник посмотрел на Киру, — так это Мишель и Влад.

Кира вспомнила Харлей Дягиля и мысленно согласилась. На первый взгляд они были похожи, а если копнуть поглубже… Но глубже лучше не копать, вдруг подумалось Новиковой. Оставим мышиные скелеты подвалам. Там им самое место. Меньше знаешь — крепче спишь. А здоровый сон, как известно, источник долголетия.

— А как на фирме появился Влад… — тут Кира вспомнила реакцию начальника на это имя и договорила: — …дислав Петрович?

— Гена его взял в магазине, — вновь улыбнулся КиберКот. — Это такая местная шутка. Колчевский действительно присмотрел КотоФея в магазине строительных материалов. И не прогадал. За спиной у Влада тогда был технарь, но, придя в фирму, он пошел в универ. Практически, вгрызся в «гранит науки». Гена дал ему шанс, а Влад в полной степени им воспользовался. Он — классическая «американская мечта»: сделал себя сам, с нуля, без каких-либо «волосатых рук» и семейной поддержки. Нам всем пришлось много учиться…

И тут у него сработал телефон.

— Да, Женя, — Костя расплылся, как кусок сливочного масла по горячей сковородке. — Да, конечно. Кончено, помню. Ой! — он посмотрел на наручные часы. — Уже бегу, прости.

Он отключился, но на лице осталась то выражение, с которым обычно говорят с очень близкими людьми.

— Извините, Кира, мне нужно бежать. Очень рад, что мы встретились. Надеюсь, не наскучил наши фирменными байками.

Он коснулся ее запястья, встал, одним глотком допил свой кофе и, вынимая из заднего кармана портмане, пошел к стойке. Расплатился. Махнул рукой и быстрым шагом удалился, оставив Киру гадать, кто это «Женя» — девочка или мальчик. И почему КиберКот выскочил по первому его (или ее) звонку. И несмотря на «всё такое вкусное», на душе у нее было гадко.

Чувство противоречия — неисчерпаемый источник бодрости. Чуть притихшее при встрече с КиберКотом желание взять реванш, полыхнуло с удвоенной силой. Точнее, с рассТРОЕнной. Ничья — это не для нее, решила Кира. Ничья — она вообще ни для кого. Не то бы она непременно стала бы «чьей-то». А Новикова была согласна только на победу!

Кира настроилась на долгие поиски, но внезапно обнаружила свой «ах» в самом начале третьего этажа. Для работы она выбрала голубенькое платье с белым воротничком и белыми манжетами на коротких рукавах. Платьишко было полуприлегающим и очень приличным. Если бы не длина, которая не то чтобы не прикрывала пятую точку — прикрывала, но ножки обнажала конкретно. И ножки выглядели… Ух! И главное — на ней не было пуговичек. То есть ничего, что так раздражало ее Шефа. Только молния сзади, сверху донизу. Вжик! Посмотрим, как долго продержится голубая «бастилия» против таких «ух!» ножек и «вжик!» молнии…