— Сегодня ты счастливица, — заявил Аркарион, приобняв меня за плечи и мимолетно притянув к себе. — Проведешь ночь с двумя красавцами.

Я подавилась кашей. Нельзя же такое заявлять, когда я ем!

— Чего?! — прохрипела я, откашливаясь.

— Холодно, мы соединим спальники, — пояснил вместо смеющегося Аркариона Дайрос.

Я наградила Арка суровым взглядом, всем своим видом поясняя, что ему несдобровать, если начнет распускать руки. Но он не проникся.

— Еще каши, Лекс?

— Давай, — с тяжким вздохом передала ему миску.

Мужчины действительно не шутили. Спальники соединили, а мы разлеглись на них, укрывшись всеми одеялами. Я легла по центру, Аркарион с Дайросом с обеих сторон от меня. Где-то я читала, что температура тела мужчин выше, чем у женщин. Теперь я могла с уверенностью сказать, что так оно и есть. Мужчина — отличная грелка в случае непогоды. А уж если их двое — спокойная ночь обеспечена. Не всем, конечно, но мне точно. Но оказалось, я ошибаюсь.

— Лекс, — я успела задремать и голос Аркариона вырвал меня из сна.

— Чего? — я вскинулась, решив, что что-то случилось.

Царили ночь и тишина. Магогонь тлел, обогревая ноги. Бесик спал возле него, укрытый своим одеялом.

— Все в порядке, — мужская ладонь скользнула на талию. Аркарион придвинулся. Его дыхание коснулось лица. — Понимаешь, ты так близко, — зашептал на ухо. — Мысль о том, что я могу тебя поцеловать не дает заснуть.

— Если поцелуешь, мешать спать будет другое, — проворчала я, мельком взглянув на Дайроса. К счастью, он спал к нам спиной, потому что наглый оборотень решил, что я не против.

Губы Аркариона в мгновение завладели моими. А руки притянули к твердой груди, сжали так сильно, что перехватило дыхание, и я невольно вцепилась в его плечи. Было уже не просто тепло, а жарко. Я отзывалась на этот поцелуй, утопая в новых ощущениях, волнующих и пугающих одновременно, потому что я никогда не испытывала ничего похожего. Сердце зашивалось в беге, пальцы подрагивали, а мысли наполняло сладкое томление.

— Хватит-хватит, — прошептала я, зажмурившись и с трудом прервав этот поцелуй.

— Ты была права, — Аркарион хрипло рассмеялся. — Теперь я точно не усну.

— Хочешь я тебя стукну, проспишь до утра.

— У тебя слишком тяжелая рука, — Аркарион вновь сжал меня в объятиях, чересчур крепко, что я перестала дышать на краткие мгновения этого объятия. — Я так рад, что встретил тебя, Лекс.

После поцелуя и слов Аркариона я и сама не сразу заснула, взбудораженная до глубины души. Что это было? Просто тяга к новым ощущениям? Или сейчас происходит тот момент перехода расположения в чувство влюбленности? Как же хорошо было на Земле, там дедушка запрещал общаться с мальчиками. Теперь то я знала, сколько от них головной боли и душевных терзаний. А ведь это только начало.

Усталость взяла свое и я медленно заснула, провалившись в странный сон-явь. Огонь. Лед. Синее пламя кружило вокруг меня, разносилось в стороны, кроша в ледяную крошку стены, деревья, животных и людей. Я несла смерть, и крики ужаса сопровождали мой путь.

— Лекс!

Сон развеялся, когда кто-то встряхнул меня. Тело сотрясала дрожь, меня лихорадило. Я не могла понять, что происходит. Не сразу различила лица Аркариона сквозь пелену слез. Он крепко обнял меня, укутывая в одеяло.

— Ледяная, — прошептал Дайрос, коснувшись моей щеки. — Я вскипячу воду, — он поспешил к сумкам, чтобы достать еще одну пластину магоогня.

— Что… что… — я дрожала так, что зуб на зуб не попадал и не удавалось выговорить вопрос. Аркарион медленно качал меня, растирая плечи руками.

— Меня разбудил свет твоего орамера. Ты металась, твоя кожа вдруг начала покрываться инеем. Что это было, Лекс?

Я лишь отрицательно замотала головой, смаргивая слезы. Кто бы мне объяснил, что происходит. Тело продолжала бить дрожь, существо наполняла тревога, а в мыслях все еще звучали крики сгорающих в синем пламени людей.

/Хранительница/

Заснуть удалось не сразу, даже не из-за начавшейся лихорадки. Я просто боялась вновь оказаться в том сне, вновь увидеть чужие смерти, вновь ощутить то жуткое чувство удовлетворения и темной радости. Но обошлось, больше мне ничего не снилось.

На утро я проснулась в лихорадке, в объятиях Аркариона. Несмотря на боль в мышцах и общую слабость, меня объяло спокойствие, будто Арк охранял мой сон. Кажется, почувствовав мой взгляд, он открыл глаза, мимолетно улыбнулся, обняв крепче. Но нахмурился, когда коснулся моей щеки.