Сложив один и один, я поняла, что на фирме грядут большие перемены. И, кажется, я что-то важное упускаю за свалившимся на мою голову известием о внезапной беременности.

— В туалет, — ответила, делая невинное лицо.

Покер фейс на фирме был основным занятием, не только моим, но и большинства сотрудников.

— Туалет там, — указал он в противоположном направлении.

— В дамском забился унитаз, иду в мужской. Еще вопросы будут? — я сложила на груди руки, желая показать, что разговор окончен. — Или ты хочешь меня проводить?

— Ну, иди-иди, — он зло на меня глянул и исчез в своем кабинете.

Все интереснее и интереснее.

Теперь уже я вся подобралась, подходя к двери начальника, кожей ощущая энергетические всполохи в информационном поле Земли. Сейчас что-то будет. Ой, будет. И, похоже, что мне надо быть к этому готовой и постараться получить выгоду от происходящего.

Тем более у меня у самой было неоднозначное положение, связанное с беременностью, о которой никто не знал. Но тайне оставаться тайной не так уж и долго. Еще несколько месяцев и мое состояние станет заметно. И вот к этому времени я должна быть подготовлена по полной программе, имея несколько путей отступления. Почему-то надеяться на понимание Кароевича я не могла. Сотрудники для него не люди, а инструменты для достижения цели, а точнее — обогащения.

— Можно к нему? — я задала ни к чему Эммочке вопрос, на который не стоило отвечать. Раз босс сказал мне зайти, то это означало, что он меня ждет, следовательно, спрашивать разрешения смысла не было. Но правила на то и правила.

— Леонид Кароевич о вас уже два раза спрашивал, — Эммочка томно подкатила глаза, выражая всю степень возмущения боссом.

— Я же не самолет, — буркнула, одергивая строгий костюм. — У меня нет реактивного двигателя. Даже пропеллера и того нет, — продолжала возмущаться себе под нос, продолжая думать о своем.

Самая большая проблема в будущем у меня ожидала с одеждой. И не потому, что я не в состоянии купить наряды для беременных, а из-за того, что у нас не принято ходить в свободной одежде. Дресс-код на фирме строгий. Кароевич лично следит за его соблюдением. Всех нарушителей увольняет. Вот такой у нас шеф, настоящий сатрап и тиран. Но платит, подлец, хорошо, вот никто и не стремится бежать по своей воли, а молча проглатывают все выходки шефа.

Толкнула дверь в кабинет босса, стараясь внутренне подготовиться ко всему, что ждет меня там.

— Я пришла, — коротко сообщала, останавливаясь на середине большой и светлой комнаты, выполненной с большим вкусом в ореховых тонах с небольшими вкраплениями черного.

— Садись. У нас будет серьезный разговор, — Кароевич снял очки в тонкой, почти невидимой, оправе, сложил дужки, а после и вовсе положил очки в футляр.

Присела на указанный стул.

— Тут такое дело, — начал мужчина. — У нас грядут большие перемены.

— Они всегда грядут, — вставила.

— Не перебивай, — одернул меня Кароевич. — Совсем распоясалась. Никакой управы на тебя, Зинаида Вальпургиевна, нет. И почему тебя муж не держит в ежовых рукавицах? Давно пора обуздать твой непокорный нрав.

Тему моего замужества мы обсуждали всего два раза. Первый раз, когда босс в приказном порядке заставил меня выйти замуж, и второй раз, когда поздравлял в связи с радостным событием, постфактум, что называется.

Отсутствие разговоров на эту тему говорило, что его все устраивает и к моей персоне нет никаких претензий по этом поводу.

— Я решил тебя повысить, — многозначительно произнес мужчина.

Начало разговора мне уже не нравилось. Услышать от Кароевича о повышении означало только одно, он решил взвалить на меня еще больше должностных обязанностей, которых и так выше крыши.

— Куда уж выше? — вырвалось у меня.

Вообще, с того момента как я узнала, что беременна, во мне проснулась несдержанность. Хотя, скорее всего она всегда во мне присутствовала, да только я не сильно обращала внимание. Теперь же начала прислушиваться к каждому чиху, каждому ощущению.

— Не перебивай, я сказал, — гаркнул мужчина, шлепнув пятерней по столу.

Я вздрогнула от резкого звука. Не для моих нервов подобное испытание.

— Молчу-молчу, — сделала раскаивающийся вид.

— Так вот, я решил тебя повысить за хорошую работу, — босс постарался придать своему голосу ласковые нотки. А это мне еще больше не нравилось.

— У нас нет вакансий, — напомнила. Ведь я была правой рукой Кароевича. Даже мой заклятый враг Мымриков и то имел меньше полномочий, чем я.

— Теперь есть. Только для тебя.

У меня предательски засосало под ложечкой. Что-то тут не чисто. Мои опасения стали еще сильнее, когда босс дальше стал мне заливать:

— И зарплату я тебе повысил. Теперь ты будешь получать на тридцать процентов больше.