– Думаю, этого пока будет достаточно. Расскажите.

– Вы не против, если продолжим в коляске?

Аслунд уже давно расплатился с носильщиком и теперь терпеливо ждал, когда господа закончат беседу.

Все уселись в коляску, и маг что-то тихо сказал кучеру. Тот, кивнув, тронул коней с места.

– Значит, так, – Гонс прикрыл глаза, вспоминая. – Лориэль умер шестнадцатого апреля. За два дня до смерти он вдруг едет в банк и снимает все деньги…

– Золотом?

– Почему золотом? Банкнотами. Каждый банк, действующий в республике, выпускает свои банкноты. Все просто. Людям ведь за покупками неудобно таскать полные кошельки с золотом, а так они отдают его на хранение, а банк в ответ дает свои банкноты. Ими и расплачиваться удобнее. Вот, например, десять лиреев. – Маг залез в карман куртки, извлек кожаное портмоне и достал оттуда бумажку размером с визитку. Девочка взяла ее в руки и внимательно рассмотрела.

– Однако. А это герб республики в центре? Что-то не похож на тот, что я видела на монетах.

– Нет. Герб республики по углам. Видите, четыре маленьких таких? А в центре эмблема банка, выпустившего эту банкноту.

– Хм… Очень интересно. Я всегда полагала, что банкноты выпускает правительство.

– Правительство? Да кому нужны его банкноты? Кто им поверит? С ней я могу пойти в любой банк, и мне обменяют ее на золото без разговоров. Аристарский банк надежен и с хорошей репутацией, их банкноты охотно принимаются всеми. Да и защищены они лучше других, потому и держу там свои деньги. Каждый банк выпускает банкнот ровно на ту сумму, которая есть у него в хранилище.

– Понятно. А кто банкам мешает выпустить больше банкнот, чем у них есть золота?

– А вот это уже серьезное преступление. За такое и лицензии лишиться можно. И за этим, поверьте, очень строго следят, сенатские проверки проходят ежегодно. Тут есть еще один момент, но сначала я должен немного рассказать о том положении, которое занимает наша республика в мире. Понимаете, с военной точки зрения, она очень слаба по сравнению с окружающими странами. Единственное наше преимущество в том, что мы находимся на архипелаге, а флот у нас неплохой. Тем не менее, любая из крупных держав могла бы легко захватить республику, сил на затяжную войну у нас просто нет. Но! Наша республика мировой банковский центр, где держат свои капиталы правители империй, королевств, ханств и многие другие знатные и влиятельные люди. Наши банки славятся своей надежностью и четкостью работы, и еще не было случая, чтобы они подвели клиента. Из-за этого нападение на нас какой-то отдельной страны просто невозможно – это будет нападением на золотой запас очень многих влиятельных и сильных стран. От пиратов же и разных мелких корольков мы отобьемся и своими силами.

– Хм… А вы неплохо устроились.

– Это так кажется, да. Но и сильных завистников у нас хватает. Впрочем, это к нашему делу уже не относится. Главное в том, что при таком положении мы кровно заинтересованы в нашей репутации надежных и честных банкиров. Потеря репутации – это потеря вкладов; потеря вкладов – потеря защиты республики. Поэтому преступления в экономической сфере караются очень сурово.

– Стрижкой, например.

– Наташа, вы напрасно иронизируете. За то преступление, за которое женщина лишится волос, мужчина останется без головы. Но в экономической сфере поблажек нет ни для кого. Поэтому подделка денег, махинации с активами, мошенничества с вкладами наказываются беспощадно.

– Хорошо, я поняла. И вы правы, к делу это не относится. Главное то, что из банка Лориэль вынес такие вот банкноты… Какого достоинства самые крупные?

– Он держал деньги в том же банке, что и я… значит, пять дежей.

– А что, у каждого банка банкноты бывают разного достоинства?

Маг кивнул:

– Ну да. Правда, уже давно ходят разговоры, что надо бы выработать единую шкалу, но пока дальше разговоров дело не идет.

– Хорошо… плохо то есть, но все равно хорошо. – Наткнувшись на малость окосевший от такой логики взгляд Гонса, Наташа махнула рукой. – Неважно. То есть будем считать, что примерно Лориэль вынес из банка девятьсот тысяч в банкнотах по пять дежей… итого восемнадцать тысяч банкнот. Да уж. Какого размера эта куча будет, по-вашему?

– Очень большого, потому я думаю, что вынес он не банкноты, а расписки банка. Когда снимается такая сумма, то удобнее выдать ее нотариально заверенными расписками. Они способны выполнять роль банкнот, только их номинал много выше. Используют их в основном для межбанковских переводов крупных сумм. Максимальный номинал такой расписки – тысяча дежей, и все они вполне могут поместиться в небольшой чемодан.

– Чемодан?

– Это установлено. С этим чемоданом Лориэль приехал в банк и с ним же уехал. Гонт интересовался у банкиров, и те подтвердили, что именно в этот чемодан они укладывали расписки. По дороге Лориэль попросил завести его в Хориш – это квартал ювелиров. Велел кучеру ждать и дальше отправился пешком с расписками. Вернулся он где-то через час с тем же чемоданом.

– Значит, он купил драгоценности на девятьсот тысяч? Выходит, искать нам надо драгоценности?

– Скорее всего, хотя Гонт меня уверил, что опросил в том квартале всех известных ювелиров, кто мог бы продать драгоценности на такую сумму. Но никто факта сделки не подтвердил.

– Ну, понятно, – хмыкнула девочка. – Я бы тоже не подтверждала. Кстати, а что это мы стоим? – Она только сейчас заметила, что коляска уже давно притулилась около какого-то дома и теперь стояла так, чтобы не мешать движению.

– Не все так просто. Ювелиры не стали бы ссориться с Гринверами. И отрицать факт продажи драгоценностей, вполне законной, замечу, у них нет никакого резона. А стоим мы потому, что приехали. Это я попросил кучера привезти нас сюда, хочу сделать вам один подарок… и прошу не отказываться. От чистого сердца.

Наташа окинула мага очень подозрительным взглядом.

– Я говорил уже, – счел своим долгом пояснить Гонс, – что буквально влюбился в вашу улыбку.

– Гм… А я не слишком молода для вас?