Предводительница молча слушала посла, не перебивая.

— Позвольте мне говорить прямо — вы вымираете. Я видел могилы, пока шёл сюда. Сколько их было, шесть?

— Восемь, — поправила Валентина, внимая каждому слову гостя.

— А ведь вы не провели в этом мире ещё и двух месяцев. Сколько вас останется через полгода, и останется ли хоть кто-нибудь через год? Шторм не дремлет, и, пусть вам повезло укрепиться в этих руинах в первые недели, ваш срок в стенах Алкенара неумолимо подходит к концу.

— Вы как будто снова меня запугиваете.

— Лишь констатирую очевидное, и поверьте, я знаю, о чём говорю. На этих руках, — некар поднял перед собой бледные ладони, выглядывающие из-под свисающих рукавов балахона, — умерло множество моих сородичей.

В разговор впервые вмешался Сергей:

— Но вы до сих пор не вымерли. Спустя, если верить твоим словам, уже несколько поколений, теряя людей столь же стремительно, как и мы, вы каким-то образом до сих пор существуете.

— Крайне меткое замечание, — улыбнулся посол. — Кантор, да будет восхвалено его имя тысячи и тысячи раз, оставил будущим поколениям не только лишь орудия убийства. Мы знаем, как спасти ваших людей, и мы готовы поделиться этим секретом! — торжественно провозгласил некар, и больше никто не смотрел на него, словно на дурака, предлагающего невыполнимые условия.

И тут Экиро понял. Простая, но оттого не менее шокирующая мысль ударила его, словно разряд тока.

«О ни согласятся».

Ну конечно же, и почему он так долго в этом сомневался? Некарский посол, вооружённый лишь ржавым копьём и охраняемый тщедушным спутником, ни за что не стал бы проделывать столь долгий и опасный путь, не будь он на сто процентов уверен в успехе порученных ему переговоров. Всё, что требовалось некарам — это найти ниточку, за которую можно потянуть. Обнаружить в дружной общине игроков слабое место, ахиллесову пяту. И они нашли, и готовы были предложить средство от главной опасности, нависшей над жителями Алкенара — от неминуемой, настигающей гибели.

Нужно было немедленно бросать всё и бежать за Карминой. Выводить её прочь из города, спрятать в лесах, где никто не найдёт. А может, рвануть по следам Караша — Келли наверняка поможет отследить его путь. Сейчас самурай не думал об общине, а если бы и подумал, ему показалась бы дикостью сама мысль о том, чтобы принести в жертву одного из своих друзей, пускай и ради общего блага.

Но всё же любопытство взяло вверх, и он решил задержаться ради одной, последней фразы. Что же за спасение собираются предложить некары своим несведущим соседям?

— И что же вы собираетесь нам предложить? — поинтересовалась Валентина. — Уж не хотите ли поделиться своим высокотехнологичным оружием?

— Нет. Мой народ располагает куда более действенным средством для сохранности наших жизней. Мы предлагаем вам…

Экиро едва сдержал болезненный вскрик, когда в бок ему, прошив кожаную броню, вонзился острый предмет. Игрок повалился на пол, инстинктивно приглушив падение вытянутой рукой. Даже сейчас мозг продолжал думать о том, как не выдать своего присутствия, но жгучая боль в раненном боку ясно давала понять, что кому-то всё же удалось его заметить.

Опёршись рукой о пол опустив взгляд, Экиро тупо уставился на торчавшее из него древко стрелы, оканчивающееся сизым, почти серым оперением. Стрела с усыпляющим ядом, догадался он ещё до того, как веки начали опускаться, а мысли растворяться в голове, уступая место накатившей сонливости. Приложив последние силы, самурай поднял взгляд, чтобы успеть увидеть то, во что упорно не хотелось верить. Увидеть стройный женский силуэт в кожаной броне… заплетённые в хвост русые волосы… опущенный лук с ещё подрагивающей тетивой…

***

В бою, когда игрок находится под действием адреналина, усыпляющая стрела не произвела бы эффекта, а вот выпущенная из состояния скрытности, она вырубала цель ровно на час, так что проснувшемуся самураю не требовалось проверять, какой сегодня день и сколько сейчас времени. Куда важнее был вопрос: где. Вокруг была темнота. Попытавшись сесть, Экиро нащупал под собой холодный, чуть влажный каменный пол. Значит, его усыплённое тело уже унесли из гостиницы и переместили в другое место.

Источник света здесь был всего один — узкое окошко над потолком в стене напротив. Исходящий из него свет перечерчивали чёрные линии прутьев, что наталкивало на тревожные мысли, в коих самурай только убедился, сделав несколько шагов вперёд и упёршись в металлическую решётку. Его бросили в темницу. В ту самую, что по распоряжению Валентины нашли и заготовили для нарушителей закона.

— Есть кто живой?! — Экиро ударил по прутьям, отправив крик в темноту подземного коридора. — Эй!

— Да не ори ты, — пробурчал из темноты знакомый женский голос. Именно его обладательница, в чём самурай нисколько не сомневался, пустила в него усыпляющую стрелу. В общине были и другие лучники, но столь бесшумно подкрасться к нему могла лишь она.