– Я с удовольствием стану их другом тоже, – сказал Луиджи, кивнув им головой, – а что касается разговора, то я всегда рад принять участие в дружественной беседе.

– Если у нас получится дружественная беседа, – сухо заметил Олег.

Луиджи весело посмотрел на Олега и рассмеялся.

Олег несколько растерялся, услышав его смех, но затем, справившись со своей неприязнью и приняв непринуждённый вид, сказал:

– Мы даже не могли предположить, что такой видный учёный, как вы, снизойдёт до общения с простыми людьми.

– Ну что вы такое говорите, – опять рассмеялся Луиджи, – какой я видный учёный?! Я и наук-то ваших не знаю, так, кое до чего дошёл своим птичьем умом. И всё, что я хочу у вас сделать, это – облегчить людям жизнь, вернее, открыть людям глаза на их жизнь и избавить их от многих заблуждений, которые им мешают жить свободно и радостно в этом мире.

Олег усмехнулся, но затем взял одну из своих тарелок с закуской и придвинул к Луиджи, сказав:

– Угощайтесь.

– Спасибо, – благодушно поблагодарил его Луиджи, – но я ем очень мало. Стакана компота хватит мне на весь день.

Отпив глоток из стакана, он спросил нас:

– О чём ведёте беседу?

– О вас, – сказал прямой Олег, который привык всегда резать правду-матку в глаза.

– Ну, и что? – спросил шутливо Луиджи. – Наверное, уже перемыли мне все косточки?

– Пока ещё нет, – ответил Олег.

– Ну, тогда можете это делать при мне, – рассмеявшись, сказал наш гость, – мне будет любопытно знать, что думают обо мне люди.

– Многих вы уже покорили в нашем городе, – сказал Олег, – но не всем здесь нравитесь. У нас, как вы заметили, несколько другие порядки и обычаи, чем на Западе. Да и не всем нравится что-либо пришедшее из других стран. У нас здесь – своя жизнь. И мы принимаем только тех, кто не суётся к нам со своим уставом.

– Ничем не могу помочь, если я не по похож на вас, – с улыбкой ответил Луиджи, – но я думаю, что мир везде одинаков. Есть хорошие добрые люди, которые этот мир принимают таким, каким он есть, не стремясь его переделать под себя, а есть люди, которые навязывают миру свои идеи и мысли, и, если кто-то с ними не соглашается, они считают их злодеями, не думая о том, что может быть, от них и распространяется в мире зло. Я же делаю всё возможное, чтобы люди жили хорошо, и зла никому не желаю, с хорошими и злыми людьми стараюсь вести себя одинаково – дружелюбно. Может быть, не всё у меня получается. К тому же, многие привыкли жить по старинке. Здесь уж ничего не поделаешь.

Сказав эти слова, он отхлебнул из стакана и, обратившись ко всем сразу, спросил:

– А вы бывали на моих концертах, которые я устраивал в вашем музыкальном театре?

Я испытал некоторую неловкость, так как ни разу не видел его на сцене, да и мои приятели проигнорировали его выступления.

– Я слышал, что вы великолепно исполнили несколько арий из опер, и ваше выступление имело большой успех у зрителей города, – сказал Олег, – но, к сожалению, у меня не было возможности сходить к вам на концерт.

– О, да, – произнёс я, запихивая в рот оставшуюся на моей тарелке котлету и тщательно её прожёвывая.

– А мы с друзьями так и ни разу не были в вашем представлении, – сказал Сергей.

– И, наверное, многое потеряли, – добавил Андрей, – но обещаем вам, что побываем непременно как-нибудь, когда вы будете опять давать своё представление.

– Мы слышали, что не всем нравятся эти концерты, – вдруг сказал Олег, – там, где вы поёте арии из опер, то всем это нравится, но как я слышал, вы часто исполняете на разных музыкальных инструментах свои импровизации. И это нравится не всем. Не все принимают и понимают ваши сочинения. Я знаю это по себе. Когда последнее время кто-то стремиться изобразить свои занудные переживания в музыкальной форме, то этого исполнителя так и хочется убить.

Услышав эти слова, Луиджи опять расхохотался, затем, успокоившись, примирительно сказал:

– Ну что же, на вкус и цвет товарищей нет. Я понимаю, что иногда попадаю не к моим поклонникам, но уверяю вас, что пройдёт совсем немного времени, и в вашем городе возникнет новое музыкальное направление. Для этого я сделаю всё возможное и невозможное. Ведь главное для радостной жизни – это создать новую веру во что-то возвышенное, небесное, неземное. И тогда в эту веру обратятся люди, и у нашей новой веры вырастут крылья. Эта вера – пока ещё маленький птенец, но скоро она вылетит из своего гнезда, и будут праздники и таинства, и всех охватит восторг, она станет одним из самых замечательных культов на земле. И вы будете жить с нами в этой вере, потому что она станет общей. Вы найдёте в ней всё, что захотите, вы будете играть с ней и воздвигать ей алтари. Я вам подарю не только некий путь к совершенству, но и само совершенство, которого ещё никогда не было у человечества. Я обновлю вас с головы до ног, я вам открою секрет, и вы сами начнёте обновляться в себе каждый день до тех пор, пока не достигните такого же совершенства, какого достиг я. Не бойтесь ничего, и не считайте запретным то, что желает ваша душа.

– А если я захочу кого-нибудь убить? – спросил его Олег.

– Так убейте его, – сказал Луиджи, – в чём же дело?

– А если я захочу убить вас, – сказал Олег.

– Ну, что же, попробуйте, – рассмеялся Луиджи, – но я убью вас раньше. Правда, после этого я вас оживлю, но вот вы вряд ли сможете оживить того, кого убьёте. Я думаю, что и сами вы оживить себя не сможете. Убивая другого, вы убиваете себя, потому что тот ненавистный тип, на которого вы поднимаете руку, сидит в вас. Поэтому, прежде всего, я научу вас вначале познавать себя и быть хозяевами себя. Весь этот мир находится в вас самих. Всё, что вы видите или полагаете, что оно существует, оно – в вас. В этом мире нет ничего такого, чего бы не было в вас. Просто вы не умеете этим пользоваться, а я научу вас. Если вы познаете себя, то будете счастливы уже от сознания своей силы и возможностей. В вашем мире сейчас много неудовлетворённости, которая может привести вас к погибели, потому что вы не способны разобраться в себе. Вы не можете заглянуть в свой внутренний мир. И если бы вы это сделали, то увидели бы в нём некого, похожего на вас и на меня, потому что именно он и есть ваш господин, и мой господин. Более того, этим господином являетесь вы сами, ибо все люди произошли из него. Вы можете назвать его Иегова или Высшее существо, а ещё – Вседержитель, Творец или Аллах, Будда или Нефритовый император. Любое имя может подойти ему, но это не важно, к нему можно относиться как к высшему совершенству, из которого все мы эманируем, ибо он есть наш самый первый прародитель, а не Адам, как написано в вашей Библии. И я вот вышел к вам из глубины вас, чтобы обновить вас и вернуть вам этот мир. Но многие из вас не признают его, кого сейчас я представляю, не видят во мне своего родного отца. Я никогда не буду с вами назидательным, не буду учить вас морали, я буду всегда вашим другом, потому что я живу в вас. Вы можете считать меня волшебником, магом, богом или чёртом, но я не являюсь ни тем, ни другим, потому что я слепок вашей души, я – сама суть вашего существа. И если вы хорошо подумаете, то вы это поймёте, и не будете мне сопротивляться, потому что от дружбы со мной, вы только выиграете. Вы станете могущественными, раскрыв свои внутренние силы. Если же вы этого не сделаете, то вы многое потеряете.