Мне повезло меньше, я вывалилась уже в доме местных аристократов и тут же получила место экономки. Причем с четкой перспективой очутиться еще и в постели как минимум одного из Морвейнов, а то и двоих сразу… Снова вспомнилось, как я сюда попала, наш первый разговор с Эрсанном.

Ничего не предвещало неприятностей, я, как всегда, повалялась в ванной с вкусно пахнущей пенкой, сполоснулась и завернулась в полотенце, предвкушая, как сейчас завалюсь с книжкой в кровать. Я любила перед сном почитать что-нибудь интересненькое, настроить себя, так сказать, на хорошие сны. Не тут-то было. Открыв дверь и шагнув в темный коридор, я оказалась вовсе не в родной квартире, а… когда проморгалась, узрела большую, роскошно обставленную спальню, кровать с деревянным изножьем, интерьер типа дворцового.

Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Особенно, когда с этой самой кровати поднялась фигура, щелкнула пальцами, и я узрела высокого темноволосого мужчину с пронзительным взглядом, совершенно без одежды, если не считать обернутой вокруг бедер простыни. Засмотревшись на сильное, красивое тело с четко очерченными мышцами, я, признаться, пропустила момент, как хозяин спальни оказался рядом со мной. Двигался он очень быстро и совершенно бесшумно. Без всяких объяснений незнакомец ухватил меня за руку и нацепил мне на запястье браслет — когда и откуда он достал украшение, тоже не отследила. Я мявкнуть не успела, как на моей руке, от пальцев почти до локтя проявился изящный узор из темно-голубых линий, похожий на кружево, а сам браслет исчез. По коже прошло легкое покалывание, голова на мгновение закружилась. Еще порция шока и отказ сознания искать разумное объяснение происходящему. Но тут заговорил незнакомец, частично вырвав меня из оцепенения. Наверное, этот чудо-браслет, превратившийся совершенно неожиданно в татуировку, каким-то образом сделал так, что я могла теперь понимать местный язык, ибо прекрасно поняла хозяина спальни. Его слова подтвердили мою догадку.

— Отлично, теперь вы сможете понимать меня. Поскольку сейчас ночь, а утром мне на работу, вас проводят в комнату, где переночуете. Поговорим завтра, — голос у мужчины оказался приятным, негромким и низким.

Так и хотелось сказать — бархатистым, несмотря на отсутствие теплоты. Говорил хозяин спальни равнодушно, хотя взгляд, который я поймала прежде, чем выйти за Хлоей из спальни… Оценивающий, чисто мужской. Ну да, полотенце едва прикрывало ноги до середины бедра и оставляло плечи и руки открытыми. По местным меркам я вообще голой перед ним стояла. Уф. Только добравшись до скромной комнатки — как потом узнала, прежней экономки, — и свернувшись калачиком на довольно жестком матрасе, я в полной мере осознала, что со мной произошло. Странно, но так уж глубоко переживать почему-то не получилось, равно, как и впадать в истерику. Дома не ждали ни дети, ни муж, ни даже кошка. Я давно жила одна. Да, где-то на задворках сознания шевелилась мысль, что сплю и вижу сон, но очень уж реалистичный сон-то выходит.

Утром разбудила та же Хлоя, миловидная девушка лет девятнадцати с открытой, дружелюбной улыбкой.

— Лорд Эрсанн ждет, одевайся. Как тебя зовут?

— Яна, — я зевнула, сев на кровати и протерев глаза.

— Ну я Хлоя, ты слышала, — девушка протянула мне темно-коричневое платье с длинной юбкой и глухим воротом.

Единственным украшением служил белый передник. Хм. Сама Хлоя, между прочим, была одета в платье посимпатичнее, приятного серо-голубого цвета, с небольшим вырезом и кружевными манжетами. Да, только размер у горничной точно не мой, я такой была в далекие студенческие годы. Ладно, надену, что дают, там видно будет. К платью прилагалось и белье, к моему облегчению: нижняя сорочка на тонких лямках, из батиста, чулки и обычные такие трусики из хлопка, только на крючочках сбоку. Ну хоть не панталоны, слава богу. Пока одевалась, Хлоя пыталась подбодрить:

— Ты не переживай, Морвейны хорошие хозяева, хоть и строгие иногда. Тебя здесь не обидят, точно. Сейчас поговоришь, потом покажу дом, расскажу, что где, и как у нас все устроено.

Ох ты ж, так тут этих Морвейнов еще и несколько, что ли? Хотя, скорее всего, жена точно имеется, вряд ли такой мужик еще в холостяках ходит. Однако уточнять у Хлои не стала — мало ли, что подумает, если я с ходу начну интересоваться личной жизнью хозяина дома.

— Спасибо, — пробормотала я, сонное сознание воспринимало щебет девушки, как фон.

Для меня, злостной совы, ранние подъемы смерти подобны. Но очень скоро я узнала, что мне придется или срочно переквалифицироваться в жаворонки, или… или одно из двух, собственно. Гребень Хлоя тоже принесла, и когда я привела волосы в порядок и заплела косу, повела к хозяину дома.

— Ты, главное, не возражай и веди себя вежливо и почтительно, — наставляла Хлоя, пока мы поднимались по лестнице. — Лорд Эрсанн не любит, когда ему дерзят, — горничная обернулась и посмотрела на меня с легким беспокойством. — Я понимаю, раньше у тебя, наверное, другая жизнь была, но лучше бы тебе привыкнуть к нынешней.

Я моргнула, уставившись на Хлою.

— Ты не удивлена, что я вот так появилась среди ночи в доме? — осторожно спросила горничную.

Та махнула рукой.

— А в Арнедилии такое часто, гости из других миров, — ошарашила она меня ответом. — Случается, и в домах появляются, да. Тебе лучше лорд Эрсанн расскажет, если захочет, я в этом мало понимаю.

Мы дошли до двери, Хлоя постучала и я услышала приглашение войти — тот самый голос, принадлежавший лорду Эрсанну Морвейну, как поняла. Девушка распахнула дверь и кивнула.

— Иди, — шепнула она и улыбнулась.

И я храбро переступила порог спальни, в которой появилась этой ночью. Хозяин дома стоял посреди комнаты, наполовину одетый, и застегивал кружевной манжет на белоснежной рубашке. Сейчас, при свете дня, я могла лучше разглядеть того, к кому меня занесло по нелепой случайности и странному стечению обстоятельств. Красивый, да. На вид, где-то между тридцатью и сорока, наверное, хотя могу и ошибаться. Кто его знает, как тут обстоит дело с продолжительностью жизни — раз магия есть. В темных, слегка волнистых волосах ни единого седого, на гладко выбритом лице морщинки лишь в уголках глаз. Квадратный подбородок, твердо очерченные губы, темно-голубые глаза, и во всем облике аристократизм и длинная череда фамильных портретов в галерее так и сквозит. Именно так я представляла себе лордов, когда читала книжки. Однако долго рассматривать не получилось — мужчина бросил на меня непроницаемый взгляд и заговорил. Я почему-то смутилась и уставилась в пол, изучая рисунок ковра под ногами и внимательно слушая.