— Нет, спасибо, я постою. Кажется, император не расстроился. Только улыбнулся шире. — Как скажешь, моя драгоценность. Он взял термос, кружку, налил себе чаю и сделал несколько глотков. От жидкости шел пар, да и запах оказался приятный, словно чай был с мятой и медом. София облизнулась. Хоть она и выпила много кружек чая у мамы, сейчас пить вновь хотелось. И почему-то опять стало немного зябко. Хотя… что-то слишком быстро. Она, конечно, не великий маг, но удерживать в себе тепло полчаса раньше получалось.

София покосилась на улыбку императора — и все встало на свои места. — между прочим, это нечестно.

— Что именно? — Вы специально меня охлаждаете. — Софи… — Арен укоризненно покачал головой. — Через некоторое время тепло из тебя уйдет само, и тебе все равно придется садиться рядом со мной. Так зачем ждать? Иди сюда сразу. Вот… стукнуть бы его.

Но становилось все холоднее, и София уже с трудом терпела, поэтому подошла и села рядом. — Умница. Сразу стало не то, что тепло — даже немного жарко. — Держи чай, — сказал Арен и дал ей полную кружку напитка. София сделала глоток, потом еще один, и еще — хорошо как, горячо, терпко и чуть сладко.

— Спасибо. Император пока ее не трогал, и София расслабилась. Даже бедрами не касался. Специально выдерживает дистанцию, что ли? — Я хотела вас спросить… Получается, вас не охраняют? — произнесла София, рассматривая отражение огня в водной глади. Оно волновалось, расплываясь, как акварельные краски по бумаге. — Вы переноситесь через камины без охраны, и сейчас…

— Сейчас — форменное безобразие, — ответил император настолько теплым голосом, что Софии безумно захотелось обернуться и посмотреть ему в лицо. Но она сдержалась. — Сбежал из дворца, как мальчишка. А камины… Софи, подложить что-то в камин невозможно, допуск на переносы только у меня. Конечно, меня охраняют. Но охрана мне нужна куда меньше, чем наследникам. Правящего императора убить очень сложно. Хотя у брата почти получилось.

«Как же хорошо, что не получилось». — А когда мы вернемся, охрана будет знать, где вы были? — Нет. Они даже не будут знать, что все это время я отсутствовал во дворце. Наши с тобой браслеты заблокированы. Я настолько часто это делаю, что они уже привыкли.

София не выдержала и посмотрела на императора. — Это очень безответственно, ваше величество.

— Согласен, — ответил он, придвинувшись чуть ближе. — Но есть одна маленькая деталь, о которой никто не знает. И я скажу ее тебе, если ты позволишь мне обнять себя. — Не надо, — быстро сказала София, отодвигаясь на всякий случай. — Я обойдусь.

— Ладно, — засмеялся император. — Тогда я так скажу. Данные о моем местонахождении даже при блокировке идут Вагариусу. И если я вдруг пропаду, он сможет меня найти. Ей резко стало легче. — Хорошо. Тогда вы не настолько безответственны.

— Спасибо, — хмыкнул мужчина. Он замолчал, и несколько секунд они сидели в тишине. София не выдержала первой, поняв, что в молчании гораздо больше чувственности, чем в разговоре. — А ментальная магия… Когда вы использовали ее со мной во время обеда… Вы можете с ее помощью полноценно общаться?

— Софи, я, конечно, сильный маг, но не настолько. Полноценно ментально общаться не может никто. Короткие фразы — это максимум, и то через час-другой устанешь так, что трое суток без сна отдыхом покажутся. Сама знаешь, передавать мысли собеседнику не легче, чем огромные камни таскать.

— Да. У меня почти никогда не получалось. — Иногда это, кстати, случайно выходит. — Император вдруг странно, с горечью улыбнулся. — Если кого-то сильно ненавидишь.

— Это как? — заинтересовалась София. — Просто. Представь такую ситуацию — мужчина делает девушке больно. Очень. И она, ненавидя его, вдруг узнает что-то неприятное для этого человека. Смотрит на него и думает: «Так ему и надо!» Сама того не осознавая, она передает эту мысль прямо ему в голову.

— Кошмар какой, — ужаснулась София. — И что потом? Он ей что-нибудь ответил? — Нет. Это было ни к чему. Она только открыла рот, чтобы спросить, не из жизни ли самого императора эта история, как мужчина, подняв голову к небу, вдруг сказал:

— И здесь будет дождь. Смотри, тучи идут. — Надо возвращаться? Защитница, и почему ей одновременно и хочется, и не хочется этого? Причем не хочется больше.

— Не надо. Если начнется дождь, я нас куполом накрою. Тучи собирались быстро — видимо, ветер наверху был сильный, — и София с интересом наблюдала за тем, как чистое звездное небо сменяется мрачной туманностью. А потом она ощутила, как император осторожно обнимает ее за плечи, и застыла от неожиданности.

Нежно, тепло и приятно. Не должно так быть. Крысы?.. С неба посыпались первые прохладные дождевые капли, и София вздрогнула. — Не бойся, — шепнул его величество, согревая ее — то ли магией, то ли прикосновениями. Дыхание мужчины щекотало Софии висок, и так хотелось повернуть голову…

— Вы же говорили… про купол… — пробормотала она, ощущая, как Арен касается губами ее волос. — Говорил. Но, знаешь… Я ни разу не промокал под дождем. Говорят, это романтично.

Софии стало смешно. — Очень. Особенно — когда в туфлях хлюпает вода. Дождь уже поливал их вовсю, но холодно не было совсем. София словно стояла под теплым душем, лишь слегка охлаждающим кожу, после жаркого дня.