Вроде полдня прошло без происшествий…

— Я заметил, что ты остаёшься в корпусе даже после дополнительного времени по самоподготовке, — Хэйл смотрел на неё внимательно, будто изучал неведомую зверушку. — Я уж как-то больше привык наказывать за пропуск занятий.

— Прошу прощения, — склонила голову Трин. — Но я не знала, что мои действия нарушают устав академии. Я…

— Личное время — время для отдыха, и даётся не просто так, — наставительным тоном заговорил Брис. — И рассчитывается оно не просто так, берясь наугад из головы. Ты решила, что сильнее остальных? Выносливее? Я ведь говорил, что беря больше у одного дня, ты крадёшь у следующего.

— Я поняла.

— И всё равно будешь втихую продолжать, верно? — хмыкнул Брис.

— Это очень важно, — попыталась оправдаться Трин. — Пожалуйста, позвольте мне продолжить. Я не буду доводить до крайностей. И не хочу лгать вам, что перестану.

— Вы только посмотрите на неё!

— Это ведь моё личное время, — не отступала Трин. — И я могу поступать с ним, как сама того желаю. Так ведь?

Хэйл пробормотал что-то мало приличное, упирая кулаки в бока и глядя на подопечную.

— Ты пытаешься контролировать призрачность. Именно этим занимаешься по вечерам, когда все нормальные студенты разбегаются прочь, — Хэйл нахмурился, вглядываясь в её лицо. — Ты делаешь это каждый день. Я хочу понять, в чём причина этой одержимости?

— Вы ведь сами не так давно говорили на занятии о том, что необходимо развивать свой дар.

— К хаосу мои слова! — не выдержал маг и раздражённо оборвал её слова. — «Призрак» — это не дар. Это проклятье. Для тебя это может стать проклятьем.

— Для меня? Что со мной не так? — не могла понять его Трин. — Талл Шагрим свободно обучается призрачности. Почему мне не разрешено?

— Ты — девица, Синхелм, — сердито заявил Хэйл. — Вот что с тобой «не так»!

— Что? — уж чего-чего, а подобного объяснения она никак не ожидала.

— Ты знаешь, я никогда не вмешиваюсь в личные дела сопляков, находящихся на моём попечении. Но в этот раз меня «вмешали», особо не спрашивая дозволения, — Хэйл прошёлся вокруг неё, затем заставляя себя остановиться и вновь опереться спиной на ограду.

Он сложил руки на груди, глядя на Трин.

— Что вы имеете в виду, говоря, что вас вмешали в мои дела? — помрачнела она.

— Вопросы, вопросы… Так мы далеко не уйдём. Сейчас будешь слушать и отвечать на те, что задаю я. Или я буду очень зол. Ты поняла меня?

Нагревшийся вокруг них воздух убеждал и без слов. Трин кивнула, подчиняясь. Смятение охватило её. Неужели Фергас угрожал Хэйлу? Неужели хотел впутать в это дело и заставить подстроить её отчисление? Проклятье…

Озвучивая пугавшее её предположение, маг заговорил.

— Я знаю о договорённости между твоим отцом и нашим деканом. Да, я говорю именно о твоём «благополучном» отчислении, Синхелм.

Хэйл наклонил голову набок, следя за реакцией своей собеседницы.

— Существование этой договорённости для тебя не новость, — сделал он вывод. — Когда ты узнала о ней?

— Уже после того, как поступила в академию. Но вы откуда знаете о делах моей семьи? Кто рассказал вам? Кто вмешал в эти дела? Фергас? — забросала она вопросами. — Мне очень жаль, что вас впутали в это.

— Я знаю, каково это, когда за тебя решают. Когда вынуждают смириться и принять неизбежное «благо». В чём-то мы похожи.

— В чём же?

— Мы оба разочаровали своих отцов. И, как я понимаю, собираемся разочаровывать и дальше. Поначалу я считал твоё появление в академии чудачеством бывалого вояки. Сам воспитывал дочь, воспитывал скорее как сына. Я считал, что таким образом Синхелм даёт тебе свободу быть собой. Стать тем, кем ты хочешь. Раскрыть свою силу, принять себя. Можно долго перечислять все эти банальные фразы, но я не стану. А на деле оказалось, что выбора-то и не было, верно?

— Да… — глухо отозвалась Трин.

— Теперь ответь, кому он тебя обещал?

— Я не стану называть имени, — твёрдо проговорила Трин.

— Мне плевать на имена. Кто он по сути? — не отступал Хэйл.

Ветер крепчал, злился за его спиной, выдавая настроение мага. Хриплым тихим рыком вторил ему и Зиль, беспокойной тьмой собираясь за спиной девушки.

— Некромант, — она уже поняла, к чему вёл преподаватель.

— Синхелм обещал тебя сыну Смерти? — уголок губ мага презрительно дёрнулся.