— Рад что тебе понравилось, — наконец подал голос Квагро. — Но я и получше могу, это то, что получилось с последней готовки просто. У нас склады забиты, а это свежее. Не забудь искупаться кстати, руки вон уже испачкала.

Сергей заметил, что показатель чистоты тела действительно снизился, а в его инвентаре появился предмет — объедки. Он попробовал выбросить их на пол, и это получилось. На полу вместо костей куропатки лежал аккуратный сверток, чуть меньше размером, чем тот, что протянул ему Квагро.

— Ага, вот так и выкидывай. Через пару минут пропадет. С вещами такая же история, но чем лучше вещь, тем дольше лежать будет.

— Да у меня тут и вещей то нет, — ответил Сергей, размышляя, как еще можно незаметно слить парню информацию о себе из реала.

— Ну это раньше, а теперь есть. В душевой шкафчик, там всякие секси шмотки.

Сергей еще не заметил шкаф в комнате с лоханью, должно быть из-за царящего там полумрака. Было похоже, что его готовили для серьезных бафов клиентам, раз не пожалели даже одежды, которую он мог просто выбросить на пол, чтобы та исчезла со временем.

— А и еще! — продолжил Квагро и указал рукой на столик рядом с которым он сидел. — Тут вот всякие шкатулки с косметикой, ими можно пользоваться, чтобы навыки макияжа качать. Ну и бонус к внешности дается нормальный. Ты только их не выкидывай на пол, они денег стоят, жалко будет если исчезнут… Ну и ребята расстроятся. В общем сама понимаешь.

— Угу, как не понять, — пробормотал Сергей и, поглядывая в черный проем двери осторожно добавил: — Как говорит Андрей Уфимцев, мой друг из соцсети вконтакте: бывают ситуации, когда форма важнее содержания.

На самом деле, Андрей, его реальный друг, никогда такого не говорил, но у Сергея была надежда, что это максимально прозрачно намекнет собеседнику, к кому и где можно обратиться, чтобы ему помогли. К сожалению, Квагро снова никак не отреагировал на его слова, продолжая сидеть на стуле и глуповато моргая крупными черными глазами. А быть может вовсе и не глупо, а просто тщательно запоминая сказанное.

Сергей поднялся и направляясь в комнату с лоханью сказал:

— Тогда я пойду посмотрю, что там из одежды есть и все ли я могу носить, — он поднялся и направился в комнату с лоханью, стараясь при этом двигаться максимально женственно и, одновременно с этим, чувствуя себя идиотом. Сергей понимал, что взгляды Квагро скрывали плотский интерес, но не был уверен, как этим лучше воспользоваться. — Пойдём тоже? Может что-нибудь подскажешь.

В его ванной комнате действительно оказался небольшой шкаф, скорее даже высокая тумба, с одеждой. Она располагалась в углу, куда не доставал свет тусклых ламп, по тому Сергей сперва ее не заметил. Коснувшись тумбы, он увидел открывшееся меню с выбором содержимого. Несколько платьев странного фасона и три довольно откровенных, коротких кружевных пеньюара. Сергей выбрал чёрный и тут же его руки сами открыли секцию тумбы, и он как бы на автомате принялся одеваться. По ощущениям он одевал белье прямо на свои лохмотья и сперва было решил, что сделал что-нибудь не так. Однако, осмотрев себя в результате, Сергей понял, что лохмотья сами переместились в его инвентарь. Он достал их, и бросил в виде сверка на пол.

— Не, сори, мне нельзя смотреть. Да и идти уже надо, — послышалось из комнаты с кроватью, но по приближающемуся голосу Сергей понял, что так быстро уходить его гость не собирается.

Найдя взглядом символ способности Видение аур, Сергей чуть задержался на нем и мир потускнел, теряя краски. Он уже пробовал активировать способность во время своего заточения, однако так и не смог придумать как её можно использовать, поняв лишь то, что активацию заклинания либо не замечают, либо не считают нужным на это реагировать.

Аура Квагро полыхала розовыми и флуоресцентно жёлтыми лепестками. Розовые цвета вспыхивали преимущественно в нижней части туловища и иногда у лица, Сергей уже понимал, что так отображаются страсть, похоть и желание. А вот что означало изобилие жёлтого он не знал. Может смущение и стыд?

Он вышел в дверной проем и оперся плечом на массивную деревянную балку косяка. Движения как-то сами собой получались плавными и естественными.

Застывший на полпути повар уставился на фигуру в пеньюаре, и его аура будто взорвалась, полыхнув во все стороны веером розового огня.

— Нравится? — тихо сказал Сергей, или уже обретавшая самостоятельность Николь Файен говорила его устами, так как простой вопрос прозвучал столь нежно и многообещающе, как умеют говорить лишь женщины, отчётливо понимающие свою красоту и то, как они способны благодаря ей манипулировать окружающими. Этот вопрос породил в ауре Квагро ворох уже жёлтых цветов, отчего Сергей окончательно убедился в том, что данный цвет символизирует смущение.

Повар все же поднял взгляд, который так старательно отводил. Перед ним стояла красотка в чёрном кружевном белье, чулки, на которых поблескивали блики свечей, держались высоко на бедах, встречаясь с тканью короткого шелкового халатика, небрежно накинутого и норовящего вот-вот обнажить полную высокую грудь. Чуть растрепанные волосы, спускающиеся тёмным волнистым водопадом и усталый взгляд, скорее добавляли пикантности образу, чем портили его. Красотка вдруг картинно приложила руку к животу и болезненно поморщившись произнесла: