Отец семейства остановился около дома. Снял шапку, вытер пот с лица и лысину. Взял папироску и начал прислушиваться несколько минут к тишине. Василий боялся вновь услышать, тот страшный гул самолетов, который не вышел из его памяти. Ветер из леса лишь доносил пение птиц. Василий зашел в свой двор и обдумал действие в своей голове: « – В деревне оставаться небезопасно… Вот-вот могут прийти и сюда немцы.»

Зашел в дом. Лицо его задумчивое, строгое. Брови потяжелели и опустились. Он не говорил лишних слов и поэтому сразу раздал обязанности.

– Будем уходить из деревни! – уверено сказал муж жене.

Приказав собирать вещи.

В его голосе была твердость, решительность, которая давала надежду на лучший исход.

Василий, взял с собой Степана и вышел во двор. Они вместе взяли в сарае две лопаты и ушли в лес копать яму. Копать почву было легко, земля мягкой. Но Степан быстро начал уставать, снял с потной головы шапку, расстегнул сорочку. До ночи, они провели в лесу. На утро же рубили деревья и укладывали бревна к стенкам. Строили крышу землянки, готовясь покинуть свой дом.

После завершения строительства, к вечеру, Полина уносила из дома самые нужные вещи в лес. Из-за страха и беготни в доме стоял полный хаос. В готовую землянку, вместе с сестрами, средняя дочь Ира приносила воду, еду, одежду. Также брали с собой сало, блины, хлеб. Младшая старалась помочь семье и не путалась под ногами. Слушалась, выполняла все то, что ей говорила сестра Надя.

Землянка готова, но все еще оставались в доме. Старая калитка заскрипела. Открылась и закрылась. К окну подбежала Оля, залезла на скамейку, которая стояла у окна. Но, никого не было. Калитка стояла неподвижно. Лишь рыжая курица клевавшая траву, подняла голову, взглянула на ребенка. Оля быстро слезла, ее заметили.

Дверь в доме открылась. В гости зашел младший брат Васи, Наум.

– У вас все готово? – спросил глухим голосом Наум.

– Все, кроме вола. Не хочу его оставлять. – произнес Василий с невеселой улыбкой.

Они вышли во двор. В сарае стоял в меру упитанный молодой вол.

– Хорошое мясо, лучше пусть мы его съедим, чем он достанется врагам. – сказал своему брату старший брат.

Наум молча кивнул. Понимает, что нужно остаться и помочь. На следующий день, ранним утром, Вася с братом Наумом, вывели вола из постройки. Черноглазое животное сопротивлялось, будто знало, что случится. Время заставляло, подгоняло, шептало остановить сердце животного. Железное, длинное шило воткнулось в тело. Вол постояв минуту, упал замертво на траву.

Мясо братья разделили и после спрятали его подальше, около былого дома на хуторе. Заложили мясо в бочки и закопали в небольших ямах. Остальную часть, позатягивали высоко на ели, обмотав туго тканями. Второпях, когда уходили из дома в землянку, про куриц забыли вовсе.

***

Уже на третий день, к вечеру, в деревне раздался звук мотоциклов. Вооруженные солдаты едут по главной улице. Пару солдат заходят в дома, один за другим обсматривают их, выгоняя оттуда людей. Многие семьи бросали дома и убегали в лес прятаться… Иные же, оставались встречать гостей.

– Убьют вас всех! Прячьтесь! – разносились слова из улиц.

Из своего дома вышла и побежала старуха, одной рукой подхватив край своего фартука, бежит по огороду в лес. Хаты горят. Пули свистят над головами бегущих. С молитвой на устах старуха падает около первой сосенки. Пуля прошла сквозь ее тело.

– О-о-о-ой. – застонала от пронзительной боли, вырвался предсмертный стон.

Густая трава прячет ее тело, которое постепенно остыло, под безоблачным небом.

На противоположном конце деревни, становилось все больше пустующих домов. Жители бежали в сосновый бор, не оглядываясь. Только один старичок остался сидеть у своего дома, на лавке.

«Кого? Чего? Мне бояться?!» – подумал и достал трубку с табаком дед Ян.

Вся семья Лешенок спряталась в своей вырытой землянке.

Деревня стоит в густом дыме, покрылась черной пылью. Люди еще бегают, суетятся, слезы отчаяния застилали все перед собой. На земле лежат несколько убитых, над ними плачут старики. Выстрелы внесли страх и порядок, останавливали хаос. Начали сгонять мирных жителей в одну толпу.

Как пугающее стадо стояли люди в окружении солдат. С великой гордостью, офицер говорил на своем родном языке. Переводчик громко рассказывает, о чем доносит им немец. После строгой речи, всех заперли в нескольких домах.

Возвращали обратно и тех, кто все же убежал, и плохо спрятался. Неизвестные солдаты, добровольцы на конях, сгоняли обратно в деревню людей для общего порядка. Немцы боялись формирования партизанских отрядов, восстаний. Каждый упущенный человек, это опасность для них… В Протасах установилась новая власть.

Семье Лешенок было жутко непривычно проводить ночь в сырой, прохладной, замаскированной ветками ели яме, где был земляной пол, стены закопанные в потолок. Оля с Ирой от страха и непонимания, не раз задавали вопросы маме, на которые та тратила все меньше слов. Всем было не по себе.