От скал в нашу сторону выдвигается вооруженная процессия. В небе кружат несколько боевых котов, издавая воинственные кличи. И я понятия не имею, друзья это или враги.

— Только попробуйте меня остановить! — кричу и поднимаю над головой скипетр Гекты. — И я обращу в камень любого, кто посмеет ко мне прикоснуться. Приведите сюда Хэла, немедленно!

Что бы ни случилось, главное — не бояться. И случайно не активировать оружие Гекты. Дождаться Хэла — а там…

Если кто и сумеет справиться со скипетром, то только он, мой законный муж. Он — верховный жрец Великой Матери. Сильный, смелый и мудрый — не чета какому-то там Неруну. Хэл поможет разобраться и с прошлым, и с будущим, и с настоящим.

— Тамара!

Его голос невозможно не узнать или спутать с другим. Хэл верхом на Анки спускается с неба. Приземляется на палубу корабля и распахивает объятия.

Как же мне хочется броситься к нему, забыв обо всем. Но со скипетром Гекты такое легкомыслие опасно. Кто знает, не активируется ли камень от моей бурной радости?

— Ты жив, с тобой все в порядке!..

Обнимаю Хэла одной рукой, прижимаюсь к груди. Едва не задыхаюсь от счастья и облегчения. Неужели все самое страшное позади? Можно ли в это поверить?..

— Ничего себе, какая у тебя игрушка! — раздается восхищенный возглас Виллина. — Где достала? Там еще есть?

— Как можно называть скипетр Гекты игрушкой? — укоряет брата Бэл.

— Вы тоже здесь?

Оборачиваюсь и вижу довольнющих главных жрецов. Они и их боевые коты тоже спустились с неба и приземлились на палубу. Да и застывшие на берегу стражники не выглядят угрожающе. Скорее испуганно, ведь оружие Гекты еще у меня в руках.

— Как хорошо, что вы все здесь!.. — не могу не радоваться друзьям. Поворачиваюсь к Хэлу и молю: — Пожалуйста, скажите, что вы сумели справиться с заговорщиками. Они правы, я действительно пришла из другого мира. Но никому не желала зла и…

— Откуда у тебя оружие Гекты? — беспокоится Бэл. — С кем ты сражалась — твой боевой кот едва шевелит лапами. Сама не пострадала?..

Хэл заботливо осматривает меня. Стирает грязь со щеки, поправляет оторванный рукав платья.

Я и не знала, что выгляжу настолько плачевно. Наверное, насквозь пропахла дымом, страшно представить, во что превратились спутанные волосы. Стараясь выжить, совсем позабыла о достоинстве сати.

— Думаю, она все расскажет, когда немного отдохнет, — предлагает Хэл.

Не позволяет мне отстраниться. Поднимает на руки и несет на берег. Отдает команду трем стражникам погрузить Мурзика на носилки, бедолага совсем без сил.

— Ему нужен лекарь, — предупреждаю я. — Опытный и одаренный. Мурзик сражался так, что заслужил медаль и много дней отпуска.

— Предложил бы Анри, но он сбежал из пирамиды, — замечает Хэл. — И вообще в последние дни вел себя странно. Советник поймал его в обители Великой Матери, совсем рядом с экраном. Что он пытался сделать?

Отдохнуть не получается. Рассказываю Хелу всю правду об Анри и его филине, не забываю упомянуть о камне, найденном на скале.

— Выходит, ты была права! — радуется Хэл. — Тамани действительно нашла на скале нечто стоящее.

Пока добираемся до главной пирамиды, рассказываю Хэлу, Бэлу и Виллину о том, что удалось узнать про будущее Аланты.

— Тамани убил ее дядя Михо, — замечаю со злостью. — Надеюсь, мы найдем способ его наказать.

— Он сейчас в темнице вместе с другими заговорщиками, — подмечает Хэл. — Бэл совершил невозможное, сумел собрать армию из верных нам стражников. Там, на скале, я думал, что пришел мой час. Но брат с отрядом подоспел вовремя.

— Только предварительно мне пришлось спрятать Лию, — добавляет Бэл. — Иначе мне бы поступить, как Хэлу. Когда тебя заключили в темницу, ему ничего не оставалось, как сбежать или сдаться на волю бунтовщиков.

— Любовь сделала вас слабыми?.. — обреченно спрашиваю я.

Как это несправедливо. Бэл и Хэл могли поплатиться жизнями за право быть с тем, кого выбрало сердце. Заговорщики нашли их уязвимые места и впились мертвой хваткой.

— Неправда, — утешает Хэл. — Ты открыла мне глаза на многие вещи, сделала втрое бесстрашнее и сильнее. В том, что кое-кто решил шантажировать других самым ценным, нет нашей вины.

Он целует меня в висок, словно не замечая, как убого я выгляжу.

— Мне срочно нужно принять ванну, — вяло сопротивляюсь. — Выпить чашечку кофе. А, возможно, чего-то покрепче, чтоб мозги встали на место. Одеться подобающе, причесаться…

— Ты прекрасна в любых нарядах, — замечает Хэл. — А без них — еще лучше.

Бэл смущенно кашляет в кулак.

Виллину не свойственна скромность брата. Он отпускает едкое замечание по поводу нашей близости и добавляет:

— Похоже, я единственный из жрецов, кто выбрал себе пару без последствий.