— Обойдётесь без меня, господин сыщик. Надеюсь, вы не покалечите её раньше времени.

— Почему я позволяю вам дерзить? — Прозвучало беззлобно.

— Потому что я нужна вам, — ответили ему тем же тоном.

— Женщины вашего времени так же дерзки? — Улыбка скользнула по губам.

— Не все. — Отбила «удар», направившись к выходу.

Вздохнул:

— Ваша сестра напугана.

Приостановилась, оборачиваясь:

— Ей нечего бояться, если она невиновна. Так ведь?

— Думаю, мы ничего не докажем. Женщина, заменившая мать девочке, не выдаст её. Как вы поступите с сестрой?

— Я подумаю. — Шамси прав. Со стороны Хенрике к Эрмелинде не подступиться. — Остаётся надеяться, что господин Хартман окажется не таким благородным и сдаст подельниц, не пожелав пойти на виселицу.

— Вы полагаете — это его спасёт? Разве в вашем мире за убийство аристократа не карают смертью? — Прозвучало с вызовом. Начинать новый виток дебатов и рассказывать, как относятся в современном мире к казни и чем это продиктовано, не хотелось. Услышала в спину: — Да, госпожа Вэлэри, если вы чувствуете в себе силы, как только я закончу, приготовьтесь к беседе с господами нотаром и попечителем.

Она прикрыла дверь, направившись в свою комнату. Нужно подняться на третий этаж и принести свиток с королевским Указом о наследовании по женской линии. Она помнила слова Герарда о важности пергамента и его хранении вдали от чужих глаз и рук.

Из-за угла вышел Ингваз, держа за локоть Хенрике. Поравнявшись, экономка метнула в её сторону невидящий взор. Следы кровоподтёков на лице, разбитая губа, шатающаяся походка… Наташа забыла выдохнуть. Несмотря на то, что перед ней женщина, участвовавшая в заговоре против неё, жалость сдавила сердце.

День близился к вечеру. Девушка нервничала, пожалуй, сильнее, чем в тот день, когда поджидала Герарда после захвата власти. Вернётся он в замок на ночь или нет?

Сидя в кухне, откинувшись на высокую спинку стула, обмахивалась тонкой дощечкой, глядя, как Лисбет готовит вечерю.

Беседа с нотаром и попечителем прошла спокойно и быстро. Они, ознакомившись с Указом короля и признав за ней права наследования, сделали соответствующие записи в подготовленной описи владений фон Россена, заверив своими подписями. Присутствующий при этом герр Штольц остался весьма доволен.

Запахи приготовляемых блюд витали в воздухе, дразня обонятельные рецепторы. Сегодня хозяйка поместья задумала удивить гостей запечённой с овощами рыбой в сметанном соусе. Ничего сложного. Сметана смешивалась с мукой, солью, перцем и ароматными сухими травами. Чуть поколебавшись, вспомнив о герцогине и мстительно улыбнувшись, велела добавить измельчённый чеснок. Незадолго до этого в кухню заглянула Кора — компаньонка Ангелики. Она молча прошлась по помещению, осматривая стены, полки с посудой, подносы и блюда с холодными закусками и выпечкой.

Наташа не спешила заводить с ней беседу, выжидая.

Женщина церемонно присела напротив неё и, уставившись на противень с запечённой рыбой под румяной сырной корочкой, озабоченно вздохнув и проглотив слюну, сказала:

— Госпожа герцогиня поутру отбывает.

Пфальцграфиня кивнула, поняв, куда та клонит:

— Пришлите свою прислугу. Я распорядилась насчёт провизии. Моя экономка поможет вам собраться в дорогу.

Облегчённо и шумно выдохнув, Кора не спеша вышла.

Гензель, болтая ногами под столом, изредка заглядывая под него, убеждаясь, что кот находится там, уплетал большущий кусок чайного кекса с вяленой вишней, запивая молоком и собирая в рот крошки со столешницы. Девушка любила смотреть на него. На душе теплело, и непонятная грусть сжимала тисками сердце, выдавливая слезу. «Всё будет хорошо, — успокоила она себя. — Я выращу из него достойного парня». Только сомневалась, что без твёрдой мужской руки это получится.

Вошла Фиона и присев рядом с хозяйкой, укладывая на коленях плотно завёрнутые в отрез полотна травы, склонившись к её уху, уточнила:

— Вы не передумали, госпожа Вэлэри?

— Нет. Сожалею, что не додумалась до этого раньше. — Дощечка в её руке заходила быстрее. Душно. Выбившиеся пряди волос взметнулись от потока воздуха. Она понизила голос: — Только не переусердствуй, влей в вино ровно столько, чтобы все спали беспробудно до самого утра и потом ничего не заподозрили. Особенно господин дознаватель и его охранник. И ещё… — Прикусила нижнюю губу, раздумывая: — Если приедет господин граф, ему не давай такого вина.

— А как же не дать?.. — Озаботилась Рыбка, проследовав взглядом за Маргарет с бельевой корзиной, втиснувшуюся с улицы в низкую дверь. — Он же будет со всеми.

— Не будет, — уверенно протянула Наташа, глядя, как прачка чинно прошла мимо очага, исчезая в боковом проходе. — Я знаю, что он вечерять вместе со всеми не станет. Если, конечно, приедет…

От раздавшегося со стороны прохода то ли придушенного вскрика, то ли всхлипа в кухне затих гомон. Все напряжённо уставились в зияющую черноту.