Очки характеристик я по большей части распределил между восприятием и выносливостью еще в сокровищнице. Первое, помимо того, что отразилось на ряде второстепенных показателей, повысило радиус действия Возмездия Спящих. Второе улучшило выживаемость. Для тридцать девятого уровня мои характеристики смотрелись более чем хорошо.

Еще один уровень — и я смогу воспользоваться Свистком призыва! Представил, как буду рассекать по форту на Легендарном призрачном волке, и мои губы растянулись от уха до уха.

Имбовые показатели шансов уклонения и критического урона, а также высочайшая меткость хороши только со сравнимыми по уровню соперниками и ниже. Штрафы при драке с топами, как игроками, так и мобами, жестко порежут все эти показатели за каждый уровень разницы на десять процентов.

Что касается поединков с равными, то и здесь не все так просто. Скажем, мои двести с лишним процентов шанса уклониться будут снижаться вдвое с каждым успешным уходом от атаки. Этот эффект называет диминишинг. Он делает невозможной ситуацию, при которой я успешно уклонюсь от более чем пяти-шести ударов подряд, да и сработает только против физических атак.

В борьбе с чарами требуется совсем другой показатель: сопротивляемость магии, причем каждой стихии отдельно. У меня пока такого даже нет, потому что для людей это не врожденный параметр, усиливаемый только за счет экипировки. Имеется разве что Каменная кожа…

— Дорогу! — проревел викинг на огромном белом медведе, едва не перевернув нашу повозку и сбив меня с мысли.

Извозчик виртуозно избежал столкновения и послал вслед викингу трехсотого уровня тихие проклятия. Я глянул карту — до Патрика оставалось ехать пару кварталов. Использовал это время, чтобы просмотреть награбленное в сокровищнице, но все изучить не успел. Система сбалансировала плюшкопад — большую часть лута составили эпические масштабируемые «болванки». Это хорошо, позволит приодеть весь клан. Навалило с десяток магических фолиантов — будем разбирать вместе с Краулером.

Что поразило еще в сокровищнице, так это то, что некоторые артефакты требовали идентификации. Вроде бы подобную процедуру предлагали в Университете магии Даранта, но это могло потерпеть. Названия артов со скрытыми свойствами интриговали: аксессуар «Уравнитель», кольцо «Средоточие стихий», трезубец «Громовержец»… Причем я даже не понял, легендарные ли они! Качество предметов, как и их свойства, не отображались.

— Приехали, госпожа, — сообщил извозчик.

Поблагодарив его, я вылез из повозки и направился к таверне «Благодарность за отвагу». Как я понял по публике, зайдя внутрь, довольно популярное место среди легионеров и ветеранов армии Содружества.

***

Патрика я нашел в самом естественном для него состоянии: в дым пьяным у барной стойки. Он шумно скандалил, требуя долива пива после отстоя пены, причем не для себя, а ради кого-то из посетителей. Причина его праведного гнева выяснилась тут же: Патрик напрашивался на угощение. Но седоусый ветеран не удостоил первого жреца Спящих и взглядом, меланхолично прихлебывая из бокала. Патрик безуспешно гипнотизировал вояку взглядом, однако тот обладал бескрайней выдержкой.

— А я напоминаю нашим гостям, что совсем скоро на заднем дворе таверны состоятся бои питомцев! — огласил чей-то голос на весь зал. — Записывайтесь! Неделя бесплатной выпивки победителю! Ставки можно сделать…

Все это время я топтался за барной стойкой, не решаясь заговорить с Патриком. Чуть дальше от него шумно пировали игроки, и, не зная заранее реакции О’Грейди, говорить с ним прилюдно было рискованно.

Втиснувшись между ним и ветераном, я заказал два эля. С плеча ухнул прилично уменьшившийся Игги в виде совы, пришлось заказать ему мяса. Я же говорил, что иглоколы — плотоядные хищники? Еда питомцу нужна не только для восстановления бодрости и очков здоровья, но и для роста. Каждый прием пищи давал небольшой приток опыта.

Патрик, заметив нас, заинтересованно смерил меня взглядом и расплылся в щербатой улыбке:

— Славная нынче погодка… э…

— Можете звать меня Шелли, мистер О’Грейди, — ответил я. — Позволите угостить вас элем?

— Не знаю, не знаю, — кокетливо покачал головой Патрик. — У меня так много дел! К тому же дома ждет прекрасная жена и дети…

Бармен поставил на стойку два запотевших бокала. Взяв их, я бросил Патрику: «Как хотите», — и направился к свободному столику. Найти такой оказалось непросто, для этого пришлось переместиться в другой зал, поменьше и без сцены.

— Постойте, Шелли! — отчаянно запротестовал Патрик. — Вы знаете, что я почетный гражданин Тристада?..

Развязавший городской пропойца семенил следом, шумно рассуждая о том, что бокал прохладного пива не может помешать его планам, да и жена вряд ли ждет дома, ведь она собиралась пойти погулять по магазинам с подружкой, а дети… что дети? Детям найдется, чем заняться с няней. К окончанию пути оказалось, что детей и вовсе нет, да и не женат Патрик, просто вырвалось для красного словца при виде такой прекрасной дамы, коей я, вне всяких сомнений, являюсь, а…