«Алекс, перезвони сразу, как проснешься. Я переживаю. Люблю», — таким было письмо Тиссы. Девятое по счету. Десятое лаконично извещало: «Лечу к тебе».

Самое последнее пришло от Эда десять минут назад: «Мы все летим к тебе».

Допить кофе я не успел. Просигналил звонок двери, и экран вывел лица соклановцев: хмурые и сосредоточенные. Даже вечно улыбающийся Малик выглядел озабоченным. Мое настроение было не лучше, но все же я обрадовался их появлению: мы все еще вместе.

Позволил двери открыться. Тисса бросилась мне на шею, Эд отрывисто кивнул, Ханг одними губами произнес: «Привет». Малик похлопал по плечу, а из-за его спины появился Тобиас — бородатый, лысый, в солнцезащитных очках и панаме. Этот парень — настоящий мастер скрытности и маскировки!

Ребята топтались за порогом, не зная как себя вести. Все они, кроме Тиссы, были у меня впервые. Тисса выглядела виноватой. Она закусила губу, вздохнула и заговорила первой:

— Алекс, извини, что привезла всех к тебе. Но, кажется, это ситуация из разряда чрезвычайных.

— Правильно сделала. Народ, извините, что не отвечал. Я до этого двое суток не спал, и вчера, только вывалившись из капсулы, рухнул в кровать и вырубился намертво. Только проснулся… Э… Проходите. Родителей нет дома, так что можем остаться и обсудить все здесь.

Я провел их в гостиную, делившую в нашей квартире одно пространство с кухней. При обычных обстоятельствах, уверен, они бы стали крутить головами, осматривая жилье, но сейчас траурной процессией переместились за мной и расселись.

Тисса заняла место на диване. Она выглядела несколько потерянно, да и оделась непривычно женственно: еще не платье, но уже не бесформенный балахон, а обтягивающие длинные ноги джинсы и узкая футболка, оттопыренная в интересных местах. Ханг Ли, отодвинувший кресло так, чтобы ноги не упирались в столик, едва в нем умещался. В другом раскинулся Эд Родригез, как обычно, в шортах и майке, не скрывавшей мощные плечи и бицепсы. Смуглый Малик, оседлавший барный стул, рядом с парнями выглядел совсем юнцом — узкое вытянутое лицо, общая худощавость и по-девичьи длинные ресницы.

Тобиас, в своей нелепой маскировке, одетый в дешевое барахло из «Уолмарта», топтался, пока не нашел себе место прямо на полу — сел, скрестив ноги. Да, места в нашей маленькой квартирке не так уж много. На помятой черной футболке парня было написано «Мне нужно больше личного пространства», а сверху красовался крупный логотип «Искажающих реальность», еще одной игры вроде «Дисгардиума», только на тему космоса.

— Кофе? — предложил я. — Может, кто хочет перекусить? Понятно. Начну с самого главного: я не потерял персонажа, как и статус «угрозы».

Ханг треснул Малика в бок:

— Я же говорил! Нашего Алекса так просто…

— Погоди, Ханг, — перебил я. — Давайте по порядку. Мне для полноты картины не хватает информации. Что произошло после моей смерти?

— Мы с Краулером воскресли за храмом как раз в тот момент, когда ты прыгнул и попал в AOE босса. Утес лег сразу после…

— Да, босс отрубил контроль и долбанул какой-то хренью, — подтвердил Тобиас. — Я улетел на рес.

— Воскрес?

— Нет, это же вторая за сутки смерть была.

— Э… Не понял…

— В большом Дисе после первой смерти возрождаешься моментально, как и в песочнице, — начал объяснять Эд. — Но вот после второй воскрешения надо ждать час. После третьей — уже двенадцать, после чего счетчик обнуляется. Для Утеса то была не первая смерть за день, поэтому он просто вышел из игры.

— Ага, теперь ясно.

Услышанное было из разряда того, что знали все. Кроме меня, даже если я об этом и читал, мог просто забыть, как о не самом существенном.

— Расскажу, что мы успели увидеть до того, как свалили оттуда, — заговорил Ханг. — Все работяги воспользовались экстренным выходом. Остались только Патрик и кобольды. Они сломя голову рванули в джунгли, прямиком в пасть Монти, но мы с Эдом догнали, цепанули их глубинкой и перетащили в Глендейл. Это тот городишко, где мы качались до твоего выхода из песочницы. Тамошние жители не очень доброжелательны к нелюдям вроде кобольдов, поэтому их мы отвели в пещеры возле города, а Патрик… Ну, ты знаешь.

— Нашел таверну и остался там жить?

— Вроде того, — улыбнулся Эд. — Я подкинул ему сотню голды, хватит надолго. Что ты там говорил насчет кофе? — Парень заинтересованно оглянулся в кухонную сторону комнаты, откуда все еще тянуло ароматом свежемолотых зерен. — Да и пожрать бы…

— Ага! — хором воскликнули Малик и Ханг.

По Утесу, сглотнувшему слюну, было видно, что и он бы не отказался, но слишком скромен, чтобы это признать. Вообще, в реале парень казался полной противоположностью своей виртуальной ипостаси: зажатый, конфузливый, косноязычный. В Дисе он преображался.

Я поднялся, чтобы приготовить пару больших пицц и разлить кофе, но меня опередила Тисса.

— Давай я, — сказала она. — А ты пока ничего не рассказывай!

— Ух ты! Малышка Тисса у Алекса чувствует себя, как дома! — воскликнул Ханг. — Так у вас все серьезно, ребята?

— Кажется, нам стоит готовиться к маленьким Скифам, — озабоченно покачал головой Малик.

Обстановка разрядилась. Перешучиваясь и подстебывая друг друга, мы пообедали, а я рассказал все, что увидел после смерти персонажа, включая то, что у соклановцев теперь есть выбор: остаться со мной, сменив фракцию, или выйти из клана.