Правда, сильно мешал треск горящей плоти. Он не давал сосредоточиться, да и запахи тоже не радовали. Не выдержав вони, я заглянул в настройки и сдвинул ползунки осязания, обоняния и вкуса на самый минимум. Три чувства отключились, и мне сразу стало легче сконцентрироваться.

Я всмотрелся в иконку прислужника, и из нее вывалился ряд команд: «Стоять», «Следовать», «Охранять», «Патрулировать», «Атаковать». Ага, значит, микро-контроля не требовалось, пет сам разберется, когда и какие навыки использовать. Отлично.

Поняв, что и как, я приказал охранять меня, и зомбяк бодро ринулся в драку. Культисты, доселе его не атаковавшие, удивились, а потом сменили цель и начали рвать бывшего коллегу на части. Это позволило мне подняться и отойти чуть подальше. Я заметил, что левую ногу мне практически отрубили, но магия мертвых держала ее на месте, да и особого дискомфорта это не доставляло. Визуальные эффекты.

Последнее, с чем оставалось разобраться, — это с принципами прокачки чумных абилок. С учетом стражей я поднял уже пять мертвецов, но это дало лишь двадцатипятипроцентный рост навыка Чумной анимации. Выведенная в поле зрения плашка прогресса Бессмертия Чумного мора отображала все тот же первый уровень, заполнившись лишь на несколько процентов. Что играло роль: время под действием абилки или количество активаций?

Ответ на этот вопрос я получил в следующие несколько минут. Сначала, когда убил еще одного сектанта выстрелом, заряженным чумной энергией, это дало небольшой прирост Бессмертию, а потом шкала самопроизвольно подросла еще на один процент. В дальнейшем мне удалось установить точнее: примерно четверть часа на один процент роста на первом уровне навыка.

Информации я собрал достаточно. Пора было приниматься за дело. Моего зомби к тому времени растерзали и снова взялись за меня, и первое, что я сделал, — врубил Жуткий вой. Рот оскалился, визуализируя исполнение абилки. Это не произвело никакого эффекта, но привычка — вторая натура. Потом я снес чумным выстрелом в упор мечника в балахоне и атаковал другого, с красными татуировками на лице.

С каждой секундой все более широкая улыбка растягивала мои губы — чистый, ничем не замутненный кач, как же я по тебе скучал! Я активно юзал все приемы Безоружного боя и Стрельбы из лука, прокачивая и их, и чумные навыки. Все прекрасно росло, учитывая, насколько мобы были выше меня, и опыт лился рекой.

В сумме на первый пак ушло около часа, но дальше дело пошло быстрее. К следующей группе огнепоклонников-пироманьяков я подходил с группой из шести Безмозглых зомби-культистов и пока не видел никаких ограничений на количество прислужников — хватило бы чумной энергии в резервуаре.

Я собирал мобов вокруг себя, чтобы копить чумную энергию, а зомбяков до поры в бой не запускал, набирая агро. Игра удобно отображала уровень набранного агро каждого в группе, включая питомцев, так что с отслеживанием проблем не было. После первого убийства в паке можно было запускать в бой зомби — килл утраивал мою опасность в глазах мобов.

Третий пак принес сороковой уровень, полученные очки я разбросал по физическим характеристикам. Игги тоже подрос. Чумная анимация взяла второй уровень, но видимых изменений в навыке не произошло, зато немного снизился расход энергии. Бессмертие Чумного мора тоже апнулось, удвоив чумной резервуар, и повысило конверсию получаемого урона в энергию до двух процентов. Определенно, в будущей прокачке клана это станет ключевым фактором. У тварей в Лахарийской пустыне десятки миллионов очков жизни, так что развитие Бессмертия — цель номер один.

Прибив еще две группы культистов, я дошел до первого босса. Но только взглянув на него, понял, что ввязываться в схватку не имеет никакого смысла — больше миллиона очков жизни мне не вынести никогда. Пока буду копить чумную энергию на очередной выстрел, босс восстановит здоровье, а по-другому мне его даже не поцарапать. С сожалением я побрел назад.

Приличного лута так и не выпало — все больше обрывки Шелковой ткани, серебряные монетки да пара зеленых шмоток. Выкидывать не стал, памятуя о том, как тяжело дается работягам каждый золотой. А тут вроде хлам, ерунда, а все же месячный заработок того же Трикси времен Олтонских каменоломен.

Перед выходом я развоплотил зомбяков, понуро следовавших за мной, чтобы не тратить на них чумную энергию. Хватит и того, что на стражей постоянно уходит. В бою мертвецы показали себя довольно слабыми помощниками, урона наносили немного, и толку от них не было никакого. Низший уровень, пушечное мясо. Я надеялся, что с прокачкой Чумной анимации смогу поднимать тварей покруче, вроде тех же Костяных гончих.

С этими мыслями я ступил в портал из инстанса. Бессмертие еще не развеялось, но выглядел я все же как человек, хоть и раненый — здоровье пока не восстановилось.

— Он здесь! — завопил кто-то, стоило мне появиться у ворот.

Послышался топот бегущих ног и лязг доспехов. Я грустно вздохнул: не похожи были эти ребята на злобных ганкеров, просто отчаявшиеся неудачники, причем с кривыми руками, раз на своих шестидесятых уровнях не смогли пройти инстанс.

— Долго ты там сидел! — ругнулась эльфийка-маг с точеной фигуркой. Я невольно залюбовался ею, но, наткнувшись на презрительный взгляд девушки, встряхнулся. — Что, думал, мы так просто свалим?