Внезапно маленькие человечки на правой чаше начали гибнуть. И, чем стремительнее опускалась левая чаша, тем быстрее умирали маленькие люди, больше похожие на букашек. Это сильно взбесило Олдора… Он вскочил с трона и попытался поддержать левую чашу, но чем больше он прикладывал усилий, чтобы её поднять, тем быстрее она опускалась. Человечки продолжали замертво валиться с молниеносной скорость.

Вдруг Олдор погрузился в полную темноту. Ему показалось, что он перестал думать. Вернее, ему даже это показаться не могло, ведь грибы действительно подействовали в полной мере.

* * *

Павший король очнулся только к следующему утру.

За тот день пока он лежал связанный на траве, не произошло ничего важно. Даффи и Хмошэ успели несколько раз поссориться и поспорить. Пару раз она грозилась: «Оторвать его тупую башку и бросить в горячий источник». А он говорил: «Боги тебя накажут…»

Но затем они переставали разговаривать и каждый занимался своими дела. Хмошэ пытался беседовать с маленьким безумным скелетом, а Даффи готовила еду и наводила порядок. Пока Хмошэ отвлёкся, она вспомнила про сундучок с замком. Без труда вскрыла его и узнала, что в нём хранилось. Немного разобравшись, она поняла, что Олдору нельзя это показывать. Она снова захлопнула сундучок на замок и спрятала подальше. Хмошэ, разумеется, ничего не видел.

Вдруг Олдор начал шевелиться. Очнулся он уже не на траве, а на мягких шкурах:

— Развяжите меня, — едва ли слышно произнёс он.

Даффи медленно подошла к нему, а Хмошэ подскочил, как резвый заяц.

— Олдор вы в порядке? Как самочувствие? — спрашивал он с нетерпением.

— Что-то вспомнил? — мило спросила Даффи.

— Нет сил говорить, — ответил он и смотрел на них печальными глазами. Кажется, в них была запечатлена вся скорбь мира.

Даффи достала нож, резко полоснула по верёвкам:

— Хмошак, подними его. Я за едой.

Пока Даффи отлучилась за едой, храмовник поддерживал своего короля, чтобы тот не упал. Олдор еле-еле мог сидеть, судорога пронзала всё его тело.

— Вы чёнть вспомнили? — спросил Хмошэ.

— Не разговаривай, ему нужно восстановиться. Ты, Хмошник, даже представить себе не можешь насколько сильно он утомился. Грибы, это не шутки…

— Не буду… — тихо-тихо шепнул Олдор, он отворачивал голову от мяса, которое принесла Даффи.

— Зайчик, не бойся, это волчатинка, — она снова протянула мясо.

Олдор, не без помощи, но поел. Наевшись вдоволь, он снова улёгся на спину. Но не спал, сон был от него очень далёк. Олдор, конечно, хотел проспать все эти мучения, но сон будто специально где-то затаился и не хотел появляться.

Лишь через несколько часов он почувствовал облегчение, смог нормально говорить:

— Всё вспомнил. Слышите? Всё, — Даффи и Хмошэ подошли поближе и начали внимательно слушать. —Я был худшим королём всех времён. Ньяргвин наказал меня заслуженно… Жусар вот ваш герой, теперь-то я понял: почему он, как и все остальные, там яростно меня ненавидят. Я загубил тысячи… десятки тысяч людей…

— Каво? — удивился Хмошэ, — но вы прекрасный кор…

— Хмошник, отвали от него. Ты ничего не знаешь… — вмешалась Даффи.

После её слов Олдор подробно всё рассказал. От и до. Он даже не побоялся признать свою вину и попросить прощения.

— Хмошэ, ты не за того бьёшься. Жусар добро… я… я зло!

— И что ты теперь делать собираешься? — спросила Даффи.

— Восстановлю королевство и… не знаю, — ответил он.

— Ну вот ежвить, вы и не злодей никакой…

— Олдор. А Хмошер прав. Если ты всё понял и хочешь исправиться, то ты не злодей. Но проблема в том, что в это никто не поверит. Сказать по правде, даже я. Сейчас я думаю, что тобой двигает месть.

— Замолчи негодная! — вскричал Хмошэ.

— Тихо… — сказал Олдор. Я её прекрасно понимаю. И не обижусь, если ты, Хмошэ, оставишь меня. Я правда был мразью, а не королём. Но сейчас мною движет не месть. Я хочу восстановить королевство и сделать так, чтобы каждый стал счастлив!

— Красивая речь, — сказала Даффи и напомнила, — но пока ты жалкий вымотанный донельзя гнильщик. Тебе нужно отдохнуть, — она улыбнулась, легонько толкнуло его в плечо и Олдор лёг.

— Я не могу спать…

— О-о-о! После грибов ты долго спать не сможешь. Но тебе правда нужен отдых, поверь, я в этом знаю толк.

Затем Даффи дёрнула Хмошэ, и они оставили Олдора одного.

* * *

К ночи Олдор практически полностью восстановился.

— Хмошэ, — позвал он храмовника.

— Чёвонть? — он быстро среагировал и прибежал.

— Что ты решил?

— Ежвить вы и были плохим королём… я не знаю, больно еже глуп. Но щас та вы добрые намеренья несёте! Я эт… вас не брошу!

— Спасибо, — он протянул руку Хмошэ и пожал костяную кисть.

— Даффи, а где Жусаров сундучок? Вы его вскрыли? — через несколько минут поинтересовался Олдор.