Маша серьезно покачала головой.

— Нет, ты очень популярен у фронтовиков. Так она говорит. Тебя очень уважают за то, что ты настоящий командир, а не паркетный шеф-полка, коим сейчас являюсь я. Ты — лидер, и ты правильный русский офицер, сам ходивший бой много-много раз, труса не праздновавший и за спины солдат не прятавшийся. Твои боевые ордена настоящие. Я разговаривала с охраняющими меня горцами. Твоя Дикая дивизия просто разорвет любого, кто выступит против тебя. А они очень честные и прямые люди, я уже убедилась. Быть может тебе удалось избежать революции только потому, что тебе поверили простые солдаты в окопах.

Горестно вздыхаю.

— Ох-хох-хох… Если бы только от этого зависела верность любой армии, то только боевые генерала и правили везде. Возможно, они мне и поверили, но поверили авансом и отдавать мне эти долги придется с очень большими процентами. Иначе… Впрочем, все это пустое. Ты хочешь научиться стрелять?

Жена кивнула.

— Что ж, госпожа русский офицер, я не против. Скажи коменданту, пусть выделит вам в помощь хозвзвод и привлеките генерала Климовича, пусть проконтролирует вашу позицию, чтобы вы никого не подстрелили ненароком.

— Натали хорошо стреляет!

— А я не по поводу Натали волнуюсь…

ОСМАНСКАЯ ИМПЕРИЯ. ЮЖНЕЕ ГОРОДА ПРУСА. 10 (23) августа 1917 года.

Флигель-адъютант ЕИВ полковник Куликовский мрачно смотрел на перепуганного толстяка, который мялся у автомобиля.

Вот что за гримаса судьбы?! Быть всего в шаге от величайшего подвига, который должен был бы войти в историю славных побед русского оружия и…

— Я сдаюсь на милость победителя. По крайней мере вы не женщина!

Куликовский усмехнулся, вспомнив обстоятельства пленения Энвер-паши. Видимо эта история потрясла всю Османскую империю.

— Что в грузовиках?

— Золотой запас Империи. Документы. Ценности. Все передаю в руки высокочтимого господина полковника. Я надеюсь на почтительное обхождение, которое будет учитывать мой статус.

Обдумав еще раз все нюансы полученного приказа, Куликовский тяжело вздохнул. Да, похоже выбора у него нет.

— Я имею послание для вас от моего Императора.

Султан оживился.

— Вот как? Слушаю вас!

— Мой Государь Михаил Второй повелел передать вам следующее. «Османская империя разгромлена и вопрос ее статуса будут решать победители. Только от вашего решения зависит сохранится ли ваше государство в том или ином виде или же османы будут стерты с лица земли. Передайте мне титул Императора Константинополя и все титулы, с ним связанные, отрекитесь от связи с военными преступниками, подпишите Акт о безоговорочной капитуляции и, как халиф, обратитесь к мусульманам с призывом прекратить сопротивление и принять волю Аллаха. Ваша армия должна сложить оружие и отойти восточнее линии Эфес-Синоп. От вашего решения зависит будете ли вы и дальше оставаться султаном и халифом, получит ли ваш народ защиту и покровительство от Российской Империи перед лицом совершенно неуемных аппетитов наших союзников по Антанте. Если вы согласны принять мои требования, то будете немедленно освобождены и сможете продолжить свой путь, если нет, то вы мне становитесь неинтересны и сможете смиренно ждать суда, в качестве военного преступника, виновного в резне своих христианских подданных».

Флигель-адъютант Куликовский перевел дух и спросил:

— Каков ваш ответ?

Мехмед V тяжело вздохнул.

— На все воля Аллаха.

— Следует ли понимать ваши слова, как отказ от требований моего Императора?

— Какие у меня гарантии?

— Вам остается лишь верить в мудрость и практичность Михаила Второго. Пример Болгарии показывает, что и враги России могут стать хорошими друзьями. Разумеется, Османская империя много потеряет, но лучше потерять много, чем все, не так ли? Мой Император сделал вам предложение, хотя в нынешней ситуации он мог бы этого и не делать, доверив дело уничтожения вашей державы нам, военным. Впрочем, он так и сделает, если вы откажетесь, а вы лучше меня знаете, что у вас нет сил противостоять русской армии.

— Но я не могу вот так просто взять и объявить о капитуляции. Не вся власть в моих руках, ваш Император должен это понимать. Да и гарантии хотелось бы обсудить, как и сами условия капитуляции…

— Капитуляция безоговорочная и без всяких условий.

Мехмед V усмехнулся.

— У всякой безоговорочной капитуляции есть свои условия. Кроме того, у меня нет уверенности в том, что войска выполнят такой приказ…

— То есть вы решительно отказываетесь?

Султан покачал головой.

— Нет, но…

Полковник кивнул.

— Понимаю. Мой Император предвидел ваши сомнения. Он всемилостиво дает вам пять дней на принятие его предложения. Пришлите своего полномочного представителя в Прусу, и мы продолжим переговоры об условиях безоговорочной капитуляции. За это время вы должны отдать приказ об отводе ваших войск восточнее линии Эфес-Синоп. Пока вы не дадите ответ, наши операции против ваших войск будут продолжаться. Если условия не будут приняты в течение пяти дней, то предложение отменяется и больше никаких переговоров не будет. Согласны на это?