Шрифт:
— Конечно, — как можно спокойнее начала я. — Уже несколько недель я прошу моего любимого мужа, — я взглянула на Трая, зрачки которого сейчас закрыли практически всю его радужку, и склонила голову в знак уважения, — что бы он заменил наш обеденный стол.
Амасканцы замерли.
— А стол тут причем? — растерянно произнес Амасканец.
Так я же глупая женщина, меня только столы и могут интересовать…
— Я хочу, что бы он был заменен на прямоугольный, — с полной уверенностью громко заявила я. Помирать, так с музыкой.
— А чем Вам не понравилась круглая форма? — все еще не понимая, куда я клоню, поинтересовался старец.
На лице же Трая мелькнула улыбка, которую он сразу подавил. Он понял! Он все понял! Значит можно смело договаривать.
– А притом, что в нашей культуре, во главе стола всегда сидит глава семьи. За круглым же столом все равны, — получи! Я победоносно посмотрела на Амасканца. Главное, чтобы не поинтересовались еще какими-нибудь нашими традициями…
Я еще раз окинула взглядом всех, кто находился в зале. На мое заявление многие стали кивать, в знак согласия. Поверить не могу! Они клюнули! Идея им понравилась.
— Думаю, что вы все, в полной мере, удовлетворили свое любопытство — холодно заметил Трай. — А теперь, позвольте закрыть совет. Все вопросы разрешились, враги расы подлежат уничтожению.
— Позвольте мне присоединиться к моей семье. Моему мужу и сыну, — вдруг громко заявила Нула.
— Ваше право, — холодно согласился Трай, и, подав мне руку, тихо произнес, — тэйра Лика, вы были великолепны.
Я смущенно опустила глаза, и мы направились к выходу. Как только двери лифта закрылись, Трай тут же прижал меня к стенке кабины и набросился на меня с поцелуями.
— Удачно ты про стол вспомнила, — целуя мою ключицу, заметил Трай, — думал, что про тапочки начнешь им рассказывать.
И я вдруг засмеялась, во весь голос. Даже не помню, когда я так смеялась в последний раз. Наверное, еще до кризиса.
Отсмеявшись, и утерев слезы, я посмотрела на Трая. Он стоял рядом, облокотившись на стенку, и наблюдал за мной с легкой улыбкой.
— Устала? — мягко спросил он.
— Я даже не знаю, — мотнула я головой, — Трай, за последние несколько часов, я словно целую жизнь прожила… Наверное, устала…
— Устала, — утвердительно кивнул мне Трай и потянул меня за руку. — Пошли.
— Куда?
— Известно куда, — обернувшись, прищурился Трай, — в спальню.
— Трай!
Подхватив меня на руки, этот жук засмеялся.
— Спасть Лика, сейчас будем спать, — и добавил, — даже меня эти перепалки утомили.
Спасть, так спать. Муж сказал, жена сделала. Какая же я послушная.
Эпилог
Прошло три дня после Последнего Совета Восьмерки.
— Трай, я согласна на домашние платья.
— Да зачем они тебе?
— Трай!
— Что?
— Это ненормально, что мы уже третьи сутки не выходим из спальни!
Я услышала смешок.
— Лика, я тебе еще долго буду припоминать свой вынужденный обет целомудрия.
— А я тебе до самого конца жизни буду припоминать, как водил меня за нос.
— Один — один.
Прошла неделя после Последнего Совета Восьмерки.
— Трай, я хочу пригласить своих друзей на корабль.
— Рыжую и твоего защитника?
Я кивнула.
— Хорошо. Но я хочу присутствовать.
— Зачем?
— Хочу увидеть их лица, когда они увидят тебя при полном параде.
— Трай!
… Через пять часов после разговора …
— Вот это тебя приоде… — ошарашено протянул Громов, рассматривая мое платье снизу вверх, когда взгляд его остановился на диадеме, он замолчал.
— …Ли… — закончила за него Зорина.
— Это у тебя, что, корона на голове? — первым отмер Ромка через пару минут.
Вроде того…
Прошло три года после Последнего Совета Восьмерки.
— Лика, ты главное не волнуйся! Все будет хорошо!
— Трай, — спокойно заметила я, — я не волнуюсь, это ты на взводе.
— Лика! Хоть сейчас ты можешь не спорить! Раз я сказал, не волнуйся, значит, не волнуйся! А я совершенно спокоен!
Я заметила… Да, все заметили…
— Может ему успокоительное? — шепотом обратилась я к Матре.
Та еле заметно мне кивнула.
— Тейваз Трай, может Вам заварить фах? — елейным голоском спросила врач.