— Вот и подумай над этим. Каких двадцати трех процентов тебе не хватило, — и уже из лифта добавила, — И если уж ты так кичишься своей логикой, то могла бы и притвориться, что любишь меня. Ты от этого только выиграла бы.

В закрывающиеся двери я наблюдала растерянное лицо своей сестры.

— Что думаешь делать со своей сестрой? — взяв меня за руку, спросил Трай.

— Не знаю, — покачала я головой, — пусть она будет в безопасности, жива, здорова, но… — я глубоко вздохнула и прикрыла глаза, — общаться я с ней не хочу… пока…

— Ты все сделала правильно, — прижав к своей груди, сказал Трай. — Я гожусь тобой. Честно.

Я подняла голову и заглянула к нему в глаза.

— Лика, ты жила в своем идеальном мире, где черное — это черное, а белое — это белое. Где кровный родственник — это друг, а чужестранец — скорее всего враг. Что бы изменить свое видение мира, многим требуется годы. Но ты… Ты другая, всего за несколько недель из девушки-ребенка ты стала превращаться в прекрасную женщину. И я не имею в виду внешность. Внутри тебя начала расцветать женщина. Она щедра, но не транжира. Она пытается понять других, войти в их положение, но уже не позволяет вытирать об себя ноги. Она может дарить любовь, скоро научится и принимать.

Последние слова он уже прошептал мне в губы.

— Лика, я люблю тебя.

Дума ли я сегодня утром, что захочу повторить свое признание сегодня вечером.

Нет.

Я была почти уверена, что наши, и так непростые отношения, дадут еще большую трещину. И уж точно, я не думала, что захочу сделать следующий шаг…

— Тебе надо отдохнуть, сегодня был очень сложный день, а завтра еще и совет, — подхватив меня на руки, Трай занес меня в мою спальню.

— Завтра… — начал Трай, уложив меня на кровать, стал поправлять мне подушку.

— Останься… — перебила я его.

Трай замер. Перевел на меня взгляд. Какое-то время мы смотрели друг на друга не отрываясь. Затем Трай закрыл глаза и, покачав головой, прошептал:

— Не думал, что когда-нибудь это буду это тебе говорить, — он улыбнулся, и, подняв лицо к потолку, сказал, — Лика, у тебя сейчас стресс, ты не отдаёшь…

— А я, никогда не думала, что буду упрашивать тебя. Останься, — повторила я свою просьбу.

Повисла тишина.

— Повторно отговаривать не буду, — Трай внимательно посмотрел на меня.

— И не надо, — не отводя взгляда, подтвердила я своё намерение.

Поднявшись с постели, я стала расстегивать платье. Всё это время Трай смотрел на меня не шелохнувшись. Странно, сегодня я впервые обнажалась перед мужчиной, и вроде бы должна была стесняться. Но ничего подобного не чувствовала. Может потому, что сегодня мы уже настолько обнажились друг перед другом душой, что предстать перед ним раздетой… Я улыбнулась своим рассуждениям.

А может, это был действительно мой мужчина, на все сто процентов, предназначенной самой Вселенной. И так должно быть.

Смущения не было. Было только желание соединиться со своим мужчиной. Подарить ему свою любовь и принять его. Стать одним целым.

Когда на мне осталось только ожерелье, Трай тихо произнёс:

— Если бы ты могла видеть себя моими глазами, — и, подойдя ко мне, коснувшись моей шеи губами, прошептал, — Ты прекрасна.

Наверное, у каждого человека есть предел проблем, который он может выдержать. Похоже, сегодня я достигла своего. В данный момент я уже была не в состоянии думать обо всех тяготах мира, которым конца края не видно.

Мир словно исчез.

Остались только я и Трай. Мужчина и женщина, как две частички одного целого. Как две частички одной Вселенной. И ничего более не имело значения. Ведь так было задумано мирозданием с самого начала.

Время для нас остановилось.

Замерло…

И снова запустило свой ход.

Реальность стала возвращаться. Окружающий нас мир, снова стал видимым.

— Люблю тебя, — прошептал Трай, целуя меня в висок.

— Люблю тебя, — отдышавшись, ответила я.

— Сейчас ты ещё прекраснее, — лаская меня взглядом, откинул мокрые пряди с моего лба, признался Трай. Его пальцы стали спускаться вниз по скулам и достигли моей шеи, на котором всё ещё красовалось ожерелье.

— Пора его снять, — мягко заметил Трай.

Я хихикнула. Трай удивлённо посмотрел на меня.

— Я к нему уже так привыкла, — решила пояснить свой смешок, — что даже жаль с ним расставаться.

В ответ я услышала рык.

— Я его уже видеть не могу на твоей шее, — чмокнув меня в кончик носа, сказал Трай, — Сейчас вернусь.