— В безопасности?

— Да.

Она склонила голову и несколько минут молчала. В конечном счете, она посмотрела на меня и произнесла:

— Оно действительно исчезло?

— Оно мертво, насколько это возможно. Оно не вернётся.

— Спасибо, — она закрыла глаза, и слёзы полились по её щекам. — Спасибо тебе.

Я беспомощно сидела, пока она плакала. Мне хотелось подойти к ней, но я боялась ещё сильнее напугать её и свести на нет весь наш достигнутый прогресс. Через несколько минут она рукавами вытерла лицо и посмотрела на меня с меньшим опасением в глазах.

Мой желудок выбрал этот момент, чтобы заурчать, и я тихо рассмеялась.

— Я проголодалась. Я собираюсь попросить одного из своих друзей принести мне что-нибудь на завтрак. Не хочешь присоединиться ко мне?

Её взгляд тут же упал на поднос с уже остывшей едой, который Джордан оставила на прикроватном столике. Она обреченно уставилась на него, и я осознала, что уже очень много лет она не ела еду.

Она робко улыбнулась, и в груди у меня всё стянуло. Однажды Джордан назвала меня худой как щепка, но именно Эмма прекрасно подходила под это описание. Она была как минимум на два дюйма ниже меня и тоньше, и цвет её лица был бледным, она многие годы не видела солнца. Но даже когда её печальные карие глаза тянули меня за душу, я смогла разглядеть в них силу. Тот факт, что она улыбалась и связно разговаривала со мной после перенесённого эмоционального потрясения, был тому доказательством.

Пришла Джордан с другим подносом, на котором разместились две тарелки с омлетом, сосисками и тостами, и поставила его на кровать рядом со мной. Я пододвинулась, чтобы освободить место, а затем похлопала рукой по кровати в приглашении. Эмма подождала, пока Джордан снова покинула комнату, и боязливо присоединилась ко мне на кровати. Её доверие ко мне после всего, через что она прошла, заслуживало уважения.

Сначала она вилкой перебирала омлет, но через несколько минут она откусила уголок тоста. Ко времени как я закончила со своим завтраком, она съела два кусочка тоста, что было хорошим стартом для кого-то, кто очень долгое время не ел.

Никто из нас не разговаривал пока мы ели, но я могла ощутить, что она становилась более непринуждённой со мной. В какой-то момент во время завтрака, нас оставили одних, и Эмма впервые за всё время стала выглядеть расслабленной. Когда мы закончили, я поставила поднос на небольшой столик в коридоре и вернулась, чтобы побыть с ней.

После затянувшегося молчания, она прошептала:

— Я никогда не хотела никому причинять боль.

— Не ты творила эти вещи, Эмма. Это был демон.

— Это были мои руки, моё тело.

Я потянулась и взяла её холодную руку в свои ладони. Она вздрогнула, но не отпрянула.

— Демон взял контроль над твоим телом. Ты не ответственна ни за что из того, что он сделал. Мой дядя тоже через это прошёл и он испытывает чувство вины, даже невзирая на то, что знает, что ничего из этого не было его виной.

— Твой дядя? — надежда наполнила её глаза и голос. — Есть ещё такие же, как я?

— Только ты и он, пока что. Я всё ещё новичок в этом.

— Почему? Почему я?

Я степенно выдохнула, попытавшись придумать лучший вариант ответа.

— Я не собиралась, — честно ответила я. — Я пыталась заставить демона рассказать мне, как он узнал, где мы были. Но затем ты показала мне некоторые свои воспоминания, и я захотела помочь тебе.

Она уставилась на наши соединенные руки.

— Моя семья, я не могу вернуться.

— Нет.

Лучше было не давать ей мнимую надежду, когда это касалось её семьи. Эмма никогда не сможет вернуться к своей прошлой жизни.

У неё перехватило дыхание.

— Куда я тогда пойду?

— Ты можешь остаться со мной, — я стиснула её руку. — Как только ты почувствуешь себя лучше, сможешь решить, чем хочешь заниматься. Я помогу тебе.

— Спасибо.

— Не надо меня благодарить, Эмма. У меня такое чувство, что мы с тобой станем отличными подругами.

Она снова погрузилась в молчание, и я стала гадать, что творилось у неё в голове. Должно быть, ей приходилось эмоционально разбираться с таким множеством всего — с вещами, которые даже я не смогла бы постигнуть.

— Ты устала? Хочешь, я уйду и оставлю тебя одну на некоторое время?

Она пальцами сжала мою руку.

— Нет, не уходи. Пожалуйста.

— Хорошо. Я останусь.

Она выпустила мою руку и пальцем начала прослеживать строчку на покрывале. Прошло несколько минут, прежде чем она вновь заговорила.

— В ту ночь, когда это произошло, я даже не должна была выходить из дома. Мне очень нравился парень, а у него была группа. Я хотела пойти со своими друзьями послушать их исполнение, но родители запретили мне. Поэтому я улизнула из дома, — она шмыгнула носом и провела пальцем под глазами, вытирая слёзы.

Пока она описывала ночь, когда встретила Эли, я вспомнила своё собственное столкновение с ним в Портленде. Схожесть между моим опытом и опытом Эммы была жуткой, и доказывала, что у Эли, определенно, был излюбленный типаж. Мы обе были юными брюнетками и имели одинаковое телосложение. Он выследил нас обеих в клубе, где мы были со своими друзьями и слушали выступление группы. Николас и мои друзья спасли меня от участи хуже, чем смерть. Эмме так не повезло.