— Брииг, тебе лучше не играть с моими рабами опять, если ты не жаждешь неприятностей.

Моё сердце подскочило в груди. Если он откроет дверь и увидит, что все высвободились из клеток, словами не передать, что он сделает. Мне надо остановить его.

— Брииг, ушёл… навсегда.

Гулак как вкопанный остановился на своём пути.

— Кто это сказал?

Я встала и тихо отбежала на другой конец длинного ряда полок, чтобы увести его так далеко от комнаты, насколько у меня получится.

— Я, — выкрикнула я со своего нового потайного места.

Он развернулся и последовал на мой голос.

— Где ты? Покажись! — проревел он.

Сделав глубокий вдох, я переместилась к краю широкой полки.

Презрительная усмешка искривила его тонкие губы, когда он остановился и свирепо посмотрел на меня.

— Как ты выбралась из своей клетки?

— Разве я похожа на ту, что сидела в клетке? — я сухо сглотнула.

Уму непостижимо, вблизи он был ещё больше и ужасней.

Он наклонил голову.

— Может быть, и нет, но в самое ближайшее время ты именно там окажешься. У меня есть клиент-инкуб, он изрядно заплатит за такую милую крошку, как ты.

— Думаю, я откажусь.

Мой желудок вспенился. Как много девушек он отправил этому своему другу-инкубу или на другую кошмарную погибель?

— Ты должна была подумать об этом до того, как вошла в моё здание, — он схватил нижние упоры полки и качнул их, но они были зацементированы в пол. — Не заставляй меня подниматься за тобой наверх, мелкая мышка.

— Или что? — съязвила я с напускной бравадой, понимая, что рано или поздно мне придётся подступить весьма близко к гулаку.

Единственный способ вывести отсюда тех людей заключался в смерти демона. Даже если я каким-то образом умудрюсь вывести их отсюда, мне всё равно придётся его убить. Я не могла оставить его в живых и позволить ему выкрасть и продать ещё больше ни в чём неповинных людей.

— Ты хоть лазить умеешь, переросток-игуана?

Низкий смех громыхнул из него.

— Нет, но я могу вот так.

Кожистые крылья развернулись у него за спиной, в охвате они были порядка двадцати футов (прим. 6,09 м). Мне едва хватило времени подумать, что тут было недостаточно места для его полёта, когда он оторвался от пола и направился прямиком ко мне.

Я отступила назад и ухватилась за опорную балку, иначе бы свалилась с другой стороны полки. Времени на побег не было, и я ахнула, когда когтистая рука обхватила мою руку.

— Попалась, — позлорадствовал он.

Мой пульс стремительно рос, и я не знала было ли это от страха или же от адреналина. Я обеими руками ухватилась за его руку. Он взревел от боли, когда первый удар силы обрушился на него, и выпал из состояния полёта, потянув меня за собой.

Он спиной врезался в бетонный пол, а я приземлилась поверх него. Мои зубы содрогнулись от силы удара, и я на миг перевела дух, что дало ему достаточно времени на восстановление. Он рукой обвил мою талию, переместившись в попытке подняться.

— Думаю, за тебя я удвою свою обычную цену. Мои клиенты любят, когда в их рабынях есть немного огонька.

— Я. Не. Продаюсь, — я стиснула зубы и ударила рукой в его грудь.

Рёв гулака сотряс здание, и он оттолкнул меня от себя. Я пролетела в воздухе и жёстко ударилась об пол, из меня вырвался тихий крик, когда я почувствовала, что кость в моём запястье сломалась. Задыхаясь от боли, я перекатилась и приложила все силы, чтобы встать на ноги раньше, чем он снова атакует меня. И вот тогда то, я осознала, что вывихнула и лодыжку, и была не в форме для борьбы с ним.

Тогда мне лучше побыстрее покончить с этим. Я доковыляла до места, где он парализовано распластался на спине с большой чёрной меткой, впечатавшейся в его грудь. Мои глаза широко распахнулись, когда я увидела, что кожа его крыльев была прожжена, и всё что от них осталось, так это лучевые кости.

— Что ты? — скрипучим голосом выговорил он, ненависть, вместо страха, пылала в его глазах.

— Я одна из «хороших парней».

Он попытался рассмеяться, но прозвучало это скорее карканьем, чем смехом.

— Хорошие парни никогда не выигрывают.

— Полагаю, мне придётся исправить этот стереотип.

Я встала на колени рядом с ним, прижимая поврежденную руку к животу, и положила свою свободную руку на его обугленную грудь. Он не моргнул, и не издал ни звука, когда я закончила дело. Его рот был зияюще открыт и язык свешивался из него, в то время как он незряче уставился в потолок.

— О-он мёртв?

Я подняла взгляд и кивнула в ответ темноволосому мужчине, стоявшему в десяти футах от меня.