— Исследования магов… — растерянный Эдвин начал испытывать чувство, словно он это уже проходил.

— Технически они конечно правы, всех живых эльфов умертвили, но некоторые из них стали высшими вампирами. И людей, любых людей они ненавидят. Люди истребили весь их вид, и я крайне не рекомендовал бы с ними сталкиваться. Останься вы одним из немногих людей, как бы вы относились к потомкам эльфов, которые уничтожили вашу расу?

— Я бы их ненавидел и пытался отомстить, — подумав, ответил маг.

— Верно, но сил для мести нет, а противник становится силен как никогда.

— Мммм, — задумался Эдвин. — Смириться?

— Они слишком гордые для этого. Собственно гордость их частично и погубила в войне.

— Это как?

— Знаете ли вы, что лучше всего развивается во время войны? — задал вопрос граф, и тут же начал на него отвечать. — Люди и эльфы веками изобретали новые способы убить ближнего своего — оружие и заклинания. И тут же начинали поиски защиты — щиты, доспехи и те же заклинания. Во время войны пригодились все исследования и изобретения. Но если в мирное время на практике проверялось немногое, то в боях стало проще проводить эксперименты. Вам лучше не знать, сколько раненых покалечили свои же, пока научились отращивать конечности. И это лечебное заклинание.

— Действительно, — задумался Эдвин. — На это я с такой стороны не смотрел.

— Об этом мало задумываются, но война двигатель как для медицины, так и для оружия. Сплавы, изобретенные во время войны используются до сих пор. Ваша башня стоит крепко, и простоит еще много веков.

— А что эльфы?

— Ах да, эльфы и их знаменитая гордость, — вернулся к рассказу граф. — Появлялось новое оружие, новые заклинания и типы брони. Мы, люди, перенимали все лучшие разработки у них и использовали свои. Гордые эльфы, несмотря на путь ведущий к проигрышу отказывались использовать человеческие разработки и заклинания. Лишь немногие из них, как правило, такие же разведчики как и мы, не стеснялись использовать человеческие разработки. Был случай, когда эльфа осуждал свой собственный народ за успешную операцию. Он сумел ликвидировать одного из лучших полковых магов северо-восточного направления, но вместо награды получал лишь плевки в след. За что? Да потому что он использовал более эффективные людские маскировочные заклинания на тот момент. И ходил с трофейным мечом разведчика, что добавляло ему косых взглядов.

— Меч разведчика?

— Гатан, он так назывался. Обычный клинок, если честно. Короче меча, но в лесу или в замке, куда мы забирались он имел преимущество перед обычным одноручным мечом. Стоит заметить, что у эльфов был свой аналог с непроизносимым названием, как впрочем и весь язык эльфов. И качеством ничем не уступал людским. Мне кажется, что тот разведчик наслаждался вниманием, и поэтому носил человеческий клинок.

— А что с ним стало?

— Не знаю, — рассеянно ответил граф, уйдя в воспоминания. — Учитывая чем закончилась война я могу сказать что он однозначно умер, крайне маловероятно, что стал нежитью.

— У вас была веселая молодость.

— Это сейчас, по прошествии времени все кажется веселым. Когда мы неделю под дождем ждали помощи удерживая необходимую точку от превосходящих сил эльфов было не так весело. Представь: проливной дождь, наш отряд в тридцать человек, и узкий проход среди болот. Дышать нечем, еды мало, эльфы не дают покоя и постоянно атакуют, а если отходят, то начинают забрасывать заклинаниями. Наши маги спали по пару часов в несколько суток, и все на что их хватало, это держать щиты. Подмога опоздала на неделю. Отходить мы не имели права, атаковать не было сил. К концу недели нас осталось намного меньше, и почти у всех были раны различной степени тяжести. Некоторые раны начинали гнить, и сделать было ничего нельзя. Веселые воспоминания, не правда ли? Как вы представляете себе войну, молодой человек?

— Ну… — Эдвин принялся быстро вспоминать учебник истории. — Армия надвигается на вражескую территорию, захватывает города и время от времени сталкивается с чужой армией…

— Нет, — усмехнулся граф. — Отдельные отряды занимают ключевые точки, и ждут пока подойдет армия. Затем они продвигаются вперед, и снова занимают ключевые точки. Это линия фронта, я привезу вам несколько автобиографий наших полководцев. Вы больше станете понимать, лишним не будет. Кроме всего этого армия это постоянное безделье, с которым борются. Солдат не должен маяться, поэтому в моменты затишья его занимают все чем только можно. Это я описывать не буду. А бой это крики, стоны, крик умирающих людей и лошадей. Если есть маги, то можно смело добавлять запах горящей плоти и множество других вещей. Я могу сказать так: на войне происходило множество веселых вещей, и у меня огромное количество историй, но вот выглядит поле боя всегда отвратительно.

— Я не хотел бы оказаться на войне, — признался Эдвин после рассказа вампира.

— К сожалению для вас, вы живете в империи.

— И что?

— Любая империя постоянно воюет. На это есть множество причин, и не всегда войны идут на истребление, как с эльфами. Но все крупные государства находятся в пермаментном состоянии конфликта. С кем на этот раз мы не дружим и кто у нас плохой? — усмехнулся граф.

— Несколько лет ругаемся с кем-то на юго-востоке, — припомнил новости маг. — Какие-то территории не можем поделить.

— Вот тебе и следующая жертва, — сделал вывод граф. — Сколько на материке осталось государств кроме империи?

— Три на юго-востоке, северные острова, и одно на западе вдоль побережья, — географию Эдвин знал хорошо.

— Получается, что сначала все эти захватят, а потом обратят свой взгляд дальше. Чем больше страна, тем больше амбиции у правителей, — граф задумался. — Разве что северные острова могут не тронуть, у них такой холод собачий, что делать там нечего. Со мной в отряде был парень оттуда, рассказывал как забыл бутылку самогона на улице, а она замерзла.