Заперев дверь кабинки, Клаудия прижалась пылающим лбом к холодному стеклу зеркала. Почему она так волнуется из-за Тайлера? Разве мало того, что судьба вернула ей Натали? Но она все еще любит его, а любить означает бескорыстно помогать любимому, не надеясь что-то получить взамен. А Тайлер явно нуждается в помощи, ненависть разрушает его, не дает ощутить радость жизни во всей ее полноте. Ну а если он станет мягче и терпимее, может, он простит ее? В глубине души Клаудия надеялась на это вопреки здравому смыслу.

Чистое безумие с ее стороны! Однако разве она смела надеяться на то, что снова обретет дочь? И тем не менее это случилось, судьба сделала ей царский подарок. Может, и Тайлер со временем изменится?

Следует проявить Терпение и осторожность, научиться сосуществовать с ним бок о бок, исподволь влиять на него. Он, подобно ей самой, пал жертвой интриг Гордона. Доказать это почти невозможно, но попытаться стоит.

Послышался деликатный стук в дверь. Кто-то вежливо напоминал ей, что она слишком долго занимает туалет. Клаудия поспешно протерла лицо влажным бумажным полотенцем, поправила макияж и вышла, смущенно улыбнувшись молодой женщине, ждущей своей очереди.

Пока Клаудии не было, Тайлер успел снять пиджак и заказал две чашки кофе. Глотая обжигающую жидкость, Клаудия поблагодарила Тайлера. Она очень рано позавтракала и только теперь поняла, что ее мучит жажда. Тайлер не ответил, и некоторое время оба молча пили кофе.

Мысли Клаудии, естественно, снова вернулись к дочери. Она так давно не видела Натали и ничего не знает о ней… Удастся ли наверстать упущенное? Вопросы, вопросы… Захочет ли Тайлер ответить на них? И все же один вопрос был таким важным, что она осмелилась обратиться к своему молчаливому спутнику:

— Тайлер… — Ее хриплый голос вывел его из задумчивости.

— Что?

Он сказал это так резко, что Клаудия вздрогнула и вжалась в кресло.

Господи, как же он ее ненавидит!

— Ничего. Не беспокойся, — пробормотала она, глядя на облако, проплывающее рядом с самолетом.

Тайлер вздохнул с видом мученика.

— Клаудия, у меня нет времени играть в твои игры. Ты хотела о чем-то спросить? Так спрашивай!

Ее пальцы крепче сжали чашку. Зачем она начала этот разговор? Теперь отступать некуда.

— Скажи… как она выгладит? — Ну вот, спросила все-таки. Сейчас он ей нагрубит.

Очевидно, Тайлер не ожидал такого вопроса. Он молчал. Молчал так долго, что Клаудия решила, что он не хочет отвечать.

— У Натали длинная коса…

Клаудия подняла на него глаза.

— Значит, у нее длинные волосы? — обрадовалась она.

Тайлер покосился на нее с насмешливым видом. Но в его тоне не было и тени иронии. Более того, его слова прозвучали неожиданно мягко.

— Натали убедила Венди, свою гувернантку, позволить ей отрастить волосы.

— У нее были такие чудесные густые волосы… — пробормотала Клаудия, вспоминая. — Каштановые… А сейчас?

— И сейчас такие, — сухо отозвался Тайлер, искоса наблюдая за Клаудией. — У нее светло-карие глаза, вздернутый носик, что ей очень не нравится, и веснушки на щеках, которые ее раздражают. Кожа у нее немного светлее твоей. Помяни мое слово, Натали будет настоящей красавицей. Клаудия рассмеялась от удовольствия:

— В самом деле?

Тайлер насупился:

— Она вся в тебя. На Гордона совсем не похожа.

Клаудия вздохнула:

— Тебе это неприятно? Я хочу сказать, это не влияет на твое отношение к Натали?

— Разумеется, нет! — отрезал он. — Не ее вина, что у нее такая мать.

Просто ей не повезло. Она невинное дитя, и я сделаю все, чтобы она такой и осталась.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Не надейся, что сможешь подчинить Натали своему влиянию! — холодно предупредил Тайлер. Их взгляды встретились.

— Она моя дочь, Тайлер. Я не хочу быть для нее посторонней, — твердо заявила Клаудия. — Что ты ей рассказывал обо мне?

Тайлер хмуро усмехнулся:

— Ни слова.

Клаудия встрепенулась:

— Я тебе не верю! Она наверняка спрашивала обо мне.

Темные брови Тайлера слегка приподнялись.

— Меня не спрашивала. Да и других тоже, насколько мне известно. Боюсь, Натали не подозревает о твоем существовании.

Когда самолет приземлился в лондонском аэропорту Хитроу, уже темнело.

Шел дождь, небо заволокли тяжелые тучи, и оттого казалось, что вот-вот наступит ночь, хотя было еще довольно рано. Холодный влажный воздух обдал лицо Клаудии, когда она спускалась по трапу. Плохая погода ухудшила ее и без того мрачное настроение. Чем ближе было свидание с Натали, тем больше Клаудия волновалась. Последнее замечание Тайлера усилило ее нервозность до предела. После этого разговор оборвался, оба надолго замолчали, и Клаудия оказалась наедине со своими тревожными мыслями. Узнав, что Натали не проявляла к ней никакого интереса, Клаудия терзалась дурными предчувствиями. Я не готова к встрече с дочерью, в смятении думала она. Что, если Натали не захочет говорить со мной?