По имеющимся у нас данным, нам противостоят городские дружины, численностью до полусотни в каждом городе с лёгким стрелковым оружие. Но их, думаю, нам бояться не следует, хотя бы потому, что нас разделяют большие расстояния, а транспорт здесь медленный. Далее, куда большую опасность представляют некие подразделения, принадлежащие местной церкви. Для нас они опасны своей близостью, именно эти люди действуют здесь, на юге. Пока мы с ними не пересекались, но, уверен, в будущем это обязательно случится.

— Паладины с боевыми кадилами, — фыркнул Алекс, — ну, пусть попробуют.

— Ну, и наконец, те, кого нам действительно следует бояться, — это местный спецназ, некое подразделение численностью в несколько десятков, а, возможно, и сотен, которое подчиняется лично хранителям и имеет на вооружении автоматы. Кроме того, я бы не стал сбрасывать со счетов самих хранителей, думаю, что каждый из них способен к бою и имеет какой-то козырь в рукаве.

— И с ними нам предстоит воевать, — подвёл итог Румын.

— Да, — согласился Ханс, — война пока не объявлена, но это вопрос времени. Впрочем, не всё так ужасно. Силы противника конечны, о мобилизационной способности речь не идёт. В обществе, где милитаризм был задушен на корню, набрать солдат, вооружить их и научить убивать практически невозможно. По сути, от нас требуется перебить спецназ и самих хранителей. Подозреваю, что после этого в обществе произойдут такие изменения, что всем станет не до нас.

— А кто начнёт войну? — спросил Ник, — они или мы?

— Думаю, нам следует ждать их хода, а до того, собирать группу, доставать и осваивать оружие, держать под рукой лошадей. Если за нас возьмутся всерьёз, то следует отступить в Пустоши и начать партизанскую войну.

— А что мы будем есть в процессе этой войны? — полюбопытствовал Румын.

— Можно создать продовольственный склад на пути туда, — предложил Вольф, — пару телег зерна, отвезти и схоронить так, чтобы звери не добрались.

— Мысль хорошая, — обрадованно сказал Ханс, — так и поступим. Точнее, вы поступите, а я должен буду ещё раз съездить на Север, нам понадобится больше оружия, кроме того, хочу ближе познакомиться с недовольными, о которых говорил Стефан.

— Может, не стоит ему доверять, вдруг он на хранителей работает? — спросил Ник.

— Резонно, — ответил ему Ханс, — надеюсь, в этом случае, я успею его убить.

— Я поеду с тобой, — неожиданно для самого себя решил Ник.

— Согласен, — не стал спорить Ханс, — а остальные займутся приготовлениями.

На этом дискуссия была свёрнута, планы приходилось корректировать, но результат должен быть один. Ходокам и хранителям в одном мире тесно. Одни уничтожат вторых, а призом для ходоков, если они победят, будет возможность, пусть призрачная, вернуться в свой мир.

А пока нужно было осваивать новые стволы. Ходоки расхватали винтовки и начали пристрелку с расстояния в условные сто метров. На самом деле, метры здесь были другие, немного короче тех, к которым они привыкли, скорее, это были ярды, но именно сто этих ярдов составляли дистанцию на стрельбище, и именно в них был проградуирован прицел винтовок.

Раздались первые выстрелы. Сначала на сто метров, потом на сто пятьдесят, потом на двести. Оружие, несмотря на свою простоту, показывало неплохие результаты, с наличием оптики вполне можно было работать на триста-четыреста метров. В итоге, потратив чуть больше сотни патронов, они благополучно пристреляли винтовки и перешли к револьверам.

Дистанция в двадцать пять метров оказалась вполне приемлемой, пули ложились кучно, отдача была сильной, но при таком калибре неудивительно. Впрочем, это дело привычки. Ник вообще не стал брать новый револьвер, обошёлся "Ругером" доставшимся в наследство от Карлоса. Новые патроны подошли прекрасно, пули ложились через одну в яблочко. Лучшего и желать было нельзя. Ханс взял сразу два револьвера и попробовал стрельбу по-македонски, с меткостью вышло кое-как, но в тесной перестрелке это был неплохой способ себя защитить.

Стрельбы закончились к обеду, ещё час заняла чистка оружия и сбор гильз. После этого, сложив гильзы в плотный мешок, Ханс объявил сбор в дорогу. С собой брали только самое необходимое, сменное бельё, туалетные принадлежности, оружие и немного денег. Всё остальное найдут в пути. Стефан будет их сопровождать, на месте покажет к кому обращаться.

Через пару часов два прилично одетых и чисто выбритых господина, в одинаковых пальто и шляпах-котелках, которые нисколько не походили на ходоков, дожидались, когда им приготовят повозку. Револьверы и патронташи были надёжно спрятаны под одеждой, бумаги разрешали въезд в город, вторая, правда, была выписана на Румына, но фотографии в документе не было, поэтому мог поехать любой. Через некоторое время к ним спустился Стефан.