— А ты знаешь, чей я человек? — намеренно не здороваясь, произнёс я, едва сутенёр с телохранителем вошли в номер.

— Ну и чей же? — усмехнулся Вадим.

— Уши лишние пусть свалят! — я начал махать руками на девочек и их сопровождающего, те уставились на шефа.

— Подождите в коридоре! — скомандовал им сутенёр, и через несколько секунд эта шумная толпа покинула номер.

— Ща! — я, выдержав паузу, чтобы они отошли подальше вглубь коридора, достал из кармана очередные пятьсот евро. — Показываю один раз!

Я то мял, то распрямлял в руках купюру в надежде привлечь внимание обоих противников и дать Коляну возможность внезапно обезвредить здоровяка. Но мой друг тоже заинтересовался моими действиями с дорогой бумажкой и смотрел на меня с тем же интересом, что и наши гости. Этого я предположить не мог. Надо было как-то выкручиваться.

— Ща! — повторил я в очередной раз и разорвал купюру напополам.

— Ты чего делаешь, придурок? — искренне удивился Вадим. — Бабло девать некуда? Так, нам отдай!

— Не-не-не! Я один раз отдал, так мне потом по башке прикладом вмазали, — это был риск, но других вариантов не было, мой друг Коля тупил неимоверно. — Но ща я её порву, плюну на неё, и она будет как новая!

— Ты нас чего звал? — терпение у Вадима было на исходе, но внимание и его, и телохранителя всё ещё было приковано ко мне.

«Бинго! Наконец-то допёрло!» — подумал я, заметив, как Колян сунул руку под покрывало, где лежал Калашников.

Всего секунду-полторы понадобилось моему другу, чтобы подскочить сзади к здоровяку и со всей силы обрушить приклад автомата ему на затылок. Удар был такой силы, что бедняга упал не вскрикнув. Даже я непроизвольно поморщился, настолько жутко это смотрелось.

Плохой Вадим при виде атаки на своего телохранителя на секунду потерял бдительность, и его удивлённая физиономия тут же приняла мой кулак. Сутенёр упал на спину, хотел было подняться, но подскочивший к нему Колян со всей силы пнул его в район печени. Вадим схватился за бок и застонал. Понимая, что в таких ситуациях слова, даже сказанные криком и с матами, на Коляна уже не действуют, я просто схватил друга за шиворот и оттащил от сутенёра.

На шум вышла из соседней комнаты Катя.

— Так вот, знаешь, чей я человек? — повторил я свой вопрос, но уже уверенным мрачным тоном.

Плохой Вадим отрицательно замотал головой. Он потянулся рукой к карману, но получил удар ногой в грудь уже от Кати и снова завалился на спину. Я оттащил уже девушку, а Вадим простонал:

— Я платок хотел достать, кровь вытереть.

— Рукавом вытрешь! Так ты ещё не понял, чей я человек?

Сутенёр снова отрицательно помотал головой.

— Я человек того милого пожилого господина, которого ты, мудило, несколько часов назад избил и ограбил в президентском номере! И сейчас мы с тебя за это по полной спросим!

— Он живой? — игнорируя мои угрозы, спросил Вадим.

— Живой он. Тут тебе повезло. Но незначительно. Того, что вы с ним сделали, уже достаточно, чтоб ты об этом пожалел. Причём не раз и очень сильно. До кровавых слёз и соплей!

— И поноса! — добавил Колян, и я не стал ему возражать.

— Для начала, — я старался быть спокойным и убедительным. — Ты нам расскажешь, сколько человек знает о произошедшем, и куда ты дел деньги?

Плохой Вадим к этому времени оправился от внезапного шока и держался более-менее уверенно.

— А ты не хочешь узнать, чей человек я? — спросил он, вытирая таки рукавом рубашки кровь, что текла из носа.

— Вообще неинтересно.

— А вот зря, — взгляд Вадима стал под стать его прозвищу, плохим и недобрым.

— А вот и не зря! — меня уже начинал тяготить затягивающийся разговор. — И если что тут зря, так это то, что мы теряем драгоценное время на разговоры!

— Говори, сука, быстро и по делу! — заорал на сутенёра подскочивший Колян, но его поступок вызвал лишь улыбку на лице Вадима.

И мне пришлось констатировать факт:

— Колян, я не хочу тебя расстраивать, но он не боится. Надо как-то ему объяснять, что мы не шутим.

— Блин, даже ножа нет, чтобы ему палец отрезать, — искренне посетовал мой друг.

— Ну отстрели! — предложила Катя, которая тем временем связала телохранителя, пока он не пришёл в себя.

— Громко же будет! Я так попробую.

Плохой Вадим с интересом наблюдал за нашим разговором, решив, что это часть спектакля по его запугиванию. Какого же было его удивление, когда Колян взял его правую кисть и уверенным движением сломал сутенёру мизинец. И не просто сломал, а фактически выворотил его с корнем.