Он сцепил руки.

— Клер сказала мне, что ты вызвал оборотней.

Я нахмурился.

— Это проблема?

— Нет. Я рад, что ты сделал это. Сара говорит о них как о семье, и она будет нуждаться в них, особенно после того, как Нейт будет умерщвлён.

— Насчёт этого, — я подался вперёд в кресле. — Я хочу удостоить его должным захоронением. Я знаю, мы не устраняем вампиров подобным образом, но это Нейт.

— Согласен, — он что-то написал в блокноте. — Я организую кремацию, и мы можем провести церемонию торжества жизни здесь.

— Она высоко оценит это.

Тристан закончил писать и отодвинул кресло.

— Я собираюсь снова навестить Нейта. Со мной сходить не хочешь?

— Да.

Мне меньше всего хотелось видеть Нейта в качестве вампира и прикованным к стене. Но я задолжал ему это, как и Саре быть рядом.

Камеры и комнаты допроса располагались на самом нижнем уровне главного здания, и они были сконструированы особенным образом, чтобы сдержать даже самого могущественного вампира. Каменные стены и пол были толщиной в два фута, и армированы серебряной сеткой. Там не было окон, и единственная ведущая туда дверь была защищена древним друидским заклятием.

Когда мы спустились туда, на охране стоял Бен, и он мрачно улыбнулся нам, взяв связку ключей из кармана и отперев дверь к камерам.

— Как тут? — спросил я его.

— Несколько раз он орал, прося кровь, а в остальном он вёл себя тихо.

Мы шагнули в коридор, вмещавший камеры, и заперли за собой дверь. Мы сделали всего несколько шагов, когда из самой дальней камеры послышался голос Нейта.

— Тристан, так быстро вернулся? А чей это запах я чувствую помимо тебя? Может, Николаса?

— Привет, Нейт, — я шагнул к зарешёченному окошку и щёлкнул выключателем, чтобы включить свет в его камере.

Нейт стоял, прикованный руками и ногами к задней стене. Он улыбнулся и погремел одной из цепей.

— Когда ты попросил меня приехать, я и понятия не имел, что удобства здесь будут такими величественными. Знал бы, приехал куда раньше.

— Жаль, что не приехал, — опечалено сказал я.

От его вида лежавший на моей груди камень увеличился вдвое. Нейт был хорошим мужчиной, любящим отцом для Сары, и ни при каких обстоятельствах не должен был так заканчивать свой жизненный путь.

— Ну, теперь-то я здесь, — он облизнул один клык.

Его глаза были, как у новорождённого вампира, чёрные как смоль, и они сияли ненавистью.

— Надеюсь, Сара придёт меня проведать. Кстати, где моя дорогая маленькая племянница?

— Занята.

Если бы всё было по-моему, она бы никогда не увидела его в таком виде.

Он театрально вздохнул.

— И я с огромным нетерпением жажду провести немного времени с ней, поговорить о старых добрых временах. Может быть, она даже даст мне попробовать столь прекрасной крови фейри. Слышал, ничто с ней не сравнится.

Я стиснул челюсть и потянулся рукой к дверной ручке.

— Не надо, — Тристан положил руку на моё плечо. — Он пытается спровоцировать тебя.

Я опустил руку и уставился на создание, которое когда-то было Нейтом Греем. Оно завладело его воспоминаниями и его телом, но ничего человеческого в нём не осталось. До сегодняшнего дня у меня не было ни одного знакомого, кто стал бы вампиром. Я никогда не думал о личностях, какими они некогда были, или как много от них оставалось после того, как демон брал власть над их телами. Теперь мне было понятно, что ничего от них не оставалось.

— Что с тобой случилось? — поинтересовался я у него.

Он холодно рассмеялся.

— Думаю это очевидно.

— Да, но готов поспорить, что ты хочешь рассказать нам об этом.

Если я что-то и знал о вампирах, так это то, какими надменными они были. Они любили говорить о себе. И чем моложе были вампиры, тем заносчивей они были.

— Хотелось бы знать, да? — съязвил он. — Тристан десятки раз меня спрашивал, но я не рассказал. Почему тебе я должен рассказать?

Я пожал плечами.

— Мне кажется, тебе было бы приятно поделиться с нами о том, как ты стал сильным и вновь здоровым.

— Можно подумать тебя это заботит. Ты просто хочешь знать кто она.

— Она?

Он закрыл рот и свирепо посмотрел на меня.

— Женщина, да? Готов поспорить, она была чересчур красивой.

Он хранил молчание.

Я облизал губы.

— Тут вроде как суховато, не так ли? Должно быть, тебя уже замучила жажда.

— Я в порядке, — соврал он, в то время как в глазах стоял голодный блеск.