— А я всё гадал, что стало с этой футболкой, — сказал я.

Она заиграла с подолом футболки, и я едва не прозевал её ответ.

— Она очень удобная.

Я шагнул к ней, и она попятилась назад. Когда мы дошли до кровати, я не упустил её вдох, когда протянул руку за неё.

Улыбнувшись, я поднял одеяло.

— Залезай внутрь.

Я накрыл её и затем, скинув обувь, лёг рядом с ней поверх одеяла. Я поднял руку над её головой в молчаливом приглашении, и она прильнула ко мне, уютно устроившись у моего бока, положив голову на моё плечо.

Закрыв глаза, я играл с кончиками её волос, позволив её мягкому дыханию увести меня в лёгкую дремоту.

— Николас?

— Хмм?

— Почему ты не наорал на меня за побег из Весторна?

Я открыл глаза и нахмурился, глядя в потолок.

— Хочешь, чтобы я поорал на тебя?

Она вздохнула.

— Нет, но ты слишком хорошо всё это воспринял. Ты такой хороший, потому что я была больна?

Я сглотнул смешок.

— Да, но не переживай. Уверен, ты довольно скоро дашь мне ещё больше поводов поорать на тебя.

Она затихла, и мне стало интересно, ждала ли она от меня нечто большего.

— Я был взбешён, когда обнаружил, что ты исчезла, и единственное о чём я мог думать, так это что могло с тобой произойти за пределами бастиона. Я всегда желал обеспечить тебе безопасность, но после атаки я не мог ни о чём думать, кроме как увезти тебя оттуда.

Я опустил на неё взгляд, желая увидеть её лицо.

— Прости, я заставил тебя почувствовать, словно у тебя нет выбора, кроме как сбежать. Я хочу, чтобы ты могла прийти ко мне, чтобы ни случилось, и могла рассчитывать на меня.

— Прости, что сбежала подобным образом. Я была расстроена из-за нападения, и мне лишь хотелось дать отпор, — хрипло произнесла она. — Было больно, когда вы с Тристаном сказали, что увезёте и спрячете меня, особенно после того, что люди пострадали и были убиты из-за меня.

— Ты не ответственна за то, что случилось той ночью.

— Знаю, но невозможно не испытывать чувство вины, когда некоторые из моих друзей были убиты вампирами, которые пришли за мной. И я понимала, что это не прекратится, и они продолжат свои попытки. Рано или поздно, кто-то из моих любимых умрёт, и я не смогу жить с этим.

Её голос надломился.

— Мне надо было сделать хоть что-нибудь, чтобы попытаться покончить с этим. Я должна была сказать тебе, что я знала о Мадлен, вместо того, чтобы отправляться за ней без тебя. Я продолжала повторять самой себе, что смогу отыскать её и что она сбежит, если увидит Мохири. Но правда такова, что я должна была быть тем, кто найдёт её. Мне надо было ощутить, что я вновь имела контроль над своей жизнью.

С самого начала я знал, что по большей части всё дело было в борьбе Сары за независимость, как и в розыске Мадлен. Со времени нашей первой встречи, я руководствовался своими инстинктами защитить её любой ценой. Сначала я увёз её подальше от всего, что она знала, и привёз её в Весторн. Когда эта мера оказалась не столь уж безопасной, я принял решение увезти её в Россию, не поговорив с ней прежде. Я ни на миг не остановился и не подумал, что я мог быть тем, кто ранит её больше всего.

— Ты большую часть своей жизни провела, заботясь о самой себе, а я свою провёл — защищая других. Никому из нас нелегко пойти против своей природы. Я не осознавал, как сильно подталкивал тебя измениться, пока ты не сбежала.

— А теперь? — тихо спросила она.

Ей не понравится то, что скажу, независимо, как я преподнесу это.

— Я не хочу тебе лгать. Я не буду пытаться увезти тебя, но я также не могу смотреть, как ты подвергаешь себя опасности. Ты борец, но я опытный воин, и я собираюсь делать то, что должен ради обеспечения твоей безопасности.

Её тело напряглось.

— Я понимаю, почему ты чувствуешь, что должен защищать меня, но ты должен увидеть, что я не беспомощная.

— Я никогда не считал тебя беспомощной. Я просто считаю, что ты не готова встретиться лицом к лицу с тем, что тебя ждёт.

Её сила росла, и в очень скором времени она будет обладать мощью, с которой нужно будет считаться, но она не видела и малой доли мерзости этого мира.

Она отодвинулась от меня, но я нежно отказался отпускать её.

— Давай не будем спорить, — попросил я.

Она вновь прижалась ко мне.

Я прижался губами к её макушке. Было время, когда наши разногласия заканчивались тем, что она начинала орать и уходила от меня. У нас наметился прогресс.

— Ты должна поспать. Я не хочу, чтобы Нейт с Тристаном посылали мне недобрые взгляды завтра, когда ты не сможешь бодрствовать во время рождественского ужина.

Она зевнула и свернулась калачиком у моего бока.

— Побудешь, пока я не усну?

— Пробуду до тех пор, пока не услышу похрапывание.