Я позволил ей, как можно дольше поспать, а потом лёг рядом с ней. Приподнявшись на локте, я нежно коснулся её лица, не желая её будить, но умирая от желания поцеловать её снова.

Когда я пальцем коснулся её губ, она потянулась и сексуальная улыбка изогнула её роскошный рот. Глаза сонно открылись, и я улыбнулся, опустив голову и поцеловав её.

— Доброе утро, — сказала она хриплым голосом.

Я приподнялся и встретился с ней взглядом. "Доброе утро, moy malen’kiy voin", — сказал я, впервые проверяя нашу связь.

Она нахмурилась, а потом её глаза широко распахнулись. "Николас?"

От звука её голоса в моем разуме удовольствие наполнило меня. Я улыбнулся ей.

"Одно из привилегий быть связанным".

— Связанными, — она ошарашено уставилась на меня, на её лице было такое же удивление, которое я испытывал всю ночь напролёт.

Через связь я почувствовал разрастающуюся любовь и счастье, и капельку чего-то ещё. Я понял, что это было, когда румянец пополз по её щекам. Моя красивая спутница вспоминала прошлую ночь — надеюсь, в деталях.

— Ты можешь читать мои мысли? — выпалила она.

Я вскинул бровь.

— Нет. Но этот румянец вынуждает меня жалеть, что не могу.

Её рот приоткрылся, и она спрятала лицо, прижавшись к моей груди.

Усмехнувшись, я обнял её, притягивая ближе к себе. Я склонился и прикоснулся губами к её ушку.

— Мне нравится просыпаться с тобой в моих объятиях.

Она подняла голову и удивила меня, потянув меня вниз и поцеловав меня. Её рот был мягким и настойчивым, язык дразнил, пока она безудержно соблазняла меня. Сквозь связь я чувствовал её желание, и моё тело возбудилось в ответ.

Я разорвал поцелуй и прорычал от её сексуальной улыбки.

— Если продолжишь так смотреть на меня, мы никогда не покинем эту хижину. Более того, возможно мне придётся найти собственника и купить её у него.

Её живот заурчал.

— Мы можем в следующий раз принести с собой еды? Я проголодалась.

Я разразился смехом. Неохотно встав, я подал ей одежду, которую развесил сушиться ночью.

— Твои рубашка и джинсы высохли, но вот ботинки всё ещё сырые, — сказал я, подав ей обувь.

Я не стал добавлять, что её трусики и бюстгальтер где-то затерялись под одеялом.

Пока она одевалась, я пошёл к небольшому буфету в углу, который служил кухней, и взял оттуда еду, которую отыскал там ранее. Я держался спиной к Саре, пока не услышал, что она закончила одеваться.

Я отнёс ей своё скудное подношение. Консервированный тунец, крекеры и бутылка воды — были не тем завтраком, который я поднёс бы ей на утро закрепления нашей связи, но другого у меня не было.

Я сел рядом с ней на матрац.

— Не совсем пятизвёздочный завтрак.

Она тепло улыбнулась.

— Это прекрасно.

Я намазал тунец на крекер для неё.

— Скоро рассветёт. Буря улеглась, так что мы должны выдвигаться, как только станет достаточно светло.

— Как далеко до дороги? — спросила она перед тем, как сунуть крекер в рот.

— Порядка пятнадцати миль. Не удивлюсь, если мы натолкнёмся на кого-то из наших людей по пути.

Я рассчитывал, что Тристан с Крисом найдут нас к этому времени. Но опять же, буря занесла все наши следы, и территория для поисков была огромной.

Я дал ей ещё один крекер.

— Мы окажемся дома, не успеешь оглянуться.

Я наблюдал за ней, пока она ела. Она выглядела хорошо восстановившейся после вчерашнего испытания, и она не упомянула о проблеме с её даром.

— Как ты себя чувствуешь сегодня? Есть ли какие-нибудь изменения в твоей магии?

Она отвела взгляд, словно испытывала магию, и затем она неуверенно засмеялась.

— Думаю, становится лучше. Что бы они не ввели в меня, должно быть его эффект ослабевает.

— Хорошо. Значит, нам не придётся вызывать фейри.

Хотя я смирился бы с Эльдеорином, если она будет в нём нуждаться.

Она игриво ухмыльнулась.

— Ревнуешь?

— Возможно, раз или два я немного и приревновал, — я вспомнил прошлую ночь и довольно улыбнулся. — Но девушку заполучил я.

Она подалась ко мне и оставила лёгкий поцелуй на моих губах.

— У тебя всегда была девушка.

Когда она собралась отпрянуть, я обнял её и снова поцеловал.

Мы покушали и стали убираться в хижине. Я потушил огонь в камине и положил матрац на место. Перед уходом я положил немного денег под фонарь, чтобы возместить сорванный замок и еду.