Не дожидаясь моего ответа, она подняла меня, словно я ничего не весил, и понесла меня из комнаты. В конце коридора, она открыла дверь, которая видимо, вела в её личные покои, судя по размерам комнаты, роскоши убранства и тяжёлым ставням на окнах.

Она уложила меня на кровать с пологом, и я проверил свою силу, которая потихоньку возвращалась. Если бы меня схватили одного, я бы подождал, пока ко мне вернётся достаточно сил и попытался бы пробить себе путь на свободу. Или, по крайней мере, отрубил бы голову змее. Но я не мог рисковать жизнью Сары. Должен быть способ вытащить её отсюда.

— Ну, наконец-то, мы одни.

Елена встала на колени на кровати рядом со мной и с силой завела мои руки за голову. Холодный металл сомкнулся на моих запястьях, когда она связала меня.

Она вновь села на пятки и пробежалась рукой по моей груди.

— Я люблю своих детей, но быть родителем иногда так невыносимо скучно. Я делаю всё, что могу, лишь бы развлечь себя. Я уже сбилась со счёта своих любовников.

Она улыбнулась.

— Ты потрясён слышать это? Даже у женщин есть потребности, Николас. Я предпочитаю кровь смертных девочек, и я люблю, когда мои мужчины сильные и зрелые. Но ни один из моих любовников никогда не сможет сравниться с тобой.

Она скользнула рукой ниже по моему животу и проследила дорожку вдоль ремня моих джинсов. Я сглотнул отвращение к её прикосновению. Чем дольше она отвлекалась на меня, тем дольше она не будет трогать Сару.

— Я хочу тебя, — пробормотала она, целуя мой подбородок. — Но как бы сильно я не наслаждалась упрямым мужчиной, я хочу видеть тебя заинтересованным, когда мы завершим нашу связь. Так будет куда более приятно для нас обоих.

— Откуда взяться связи без наших Мори? — спросил я, будто меня это заботило, в то время как единственное чего я хотел — это занять её как можно дольше.

Она отмахнулась.

— Когда двоим предначертано быть родственными душами, связь всегда будет. Вот увидишь.

Я подумал о Саре и понял, что Елена была права. Неважно, что случится со мной, я всегда буду любить Сару. Мой Мори может и умрёт, и я буду заперт в теле вампира, но моё сердце и моя душа всегда будут принадлежать ей.

— До того, как мы завершим связь и начнём нашу совместную жизнь, ты должен переродиться в мою пару, — Елена нависла надо мной, сев верхом на мои бёдра. — Я мечтала об этом моменте так долго. Не могу поверить, что всё это правда.

Она потёрла ладонями мою грудь.

— Ты выглядишь таким спокойным, таким смелым. Такой воин. Я создала сотни вампиров, и все они перед обращением умоляли сохранить им их жалкие человеческие жизни. Ты же не станешь умолять, да?

Я встретился с её взглядом.

— Не стану.

— Хорошо. Может тогда нам стоит начать, да?

Я закрыл глаза и подумал о Саре: "Я люблю тебя".

— Нет. Смотри на меня, — приказала Елена. — Ты не будешь думать о той полукровке, когда я создаю тебя. Я единственная, кого ты будешь видеть.

Я открыл глаза и с вызовом посмотрел на неё. Может я и был в её милости, но она не сломит меня. Она может быть лицом перед моими глазами, но моё сердце наполнял образ Сары и лишь её прикосновения я чувствовал на своей коже.

Елена склонилась и повернула мою голову набок. Я приготовился.

— Хотела бы я сказать тебе, что больно не будет, — она лизнула метки укусов, которые оставила ранее. — Но ты не будешь чувствовать боли до тех пор, пока не почувствуешь как умирает твой Мори. Я лишь могу пообещать, что это будет быстро. Большинству вампиров требуется несколько дней на обращение, если только их не создает Магистр. Наша кровь гораздо сильнее, и благодаря этому твой вамхир-демон вырастет быстро. Сегодня ночью ты возродишься.

Я понимал что грядёт, но всё же не был готов к её удару и ужасному тянущему ощущению, когда она начала пить мою кровь. Она лежала на мне, извиваясь от удовольствия, пока я не уверовал, что она потеряла контроль и изопьёт меня досуха.

Когда моё сердце замедлило свой бег и зрение потускнело, она подняла голову и улыбнулась.

— Прекрасно. Теперь ты готов.

Она укусила своё запястье и поднесла его к моему рту. Я плотно сжал губы в последней попытке воспротивиться ей, но она сжала мою челюсть рукой и силой вынудила меня открыть рот.

Меня стало тошнить, когда тёплая кровь попала на язык и потекла по горлу. Я попытался отхаркнуть её, но крови было слишком много, и я не мог двигать головой, чтобы выплюнуть её. Отчаяние росло во мне, я боялся за Сару, которая останется одна в этом дьявольском месте и которую заставят смотреть как я стану презренной тварью.

— Так, — Елена убрала запястье с моего рта и вытерла кровь, тёкшую по моему подбородку. Её глаза сияли возбуждением, когда она улыбнулась мне: — Скоро, всё начнётся. Но не переживай, любовь моя. Я всё время буду с тобой.