Мы впустили мсье, предварительно изучив его паспорт. Бордового цвета, все, как полагается, просветила меня Марина, откуда-то знающая, как выглядит паспорт гражданина Французской Республики.

– Чаю? Кофе?

– Кофе! – взмолился он.

Худенький высокий парнишка в сером костюме и голубой сорочке не первой свежести. Видать, крепко знакомился он с российским алкоголем. Если бы не мой звонок, подумалось мне, неизвестно, чем бы вообще закончилась для помощника нотариуса эта деловая поездка в Москву.

– А может, хотите принять ванну? – спросила Марина, чем очень удивила меня. Она же с невозмутимым видом пожала плечами в ответ на мое выражение лица, мол, а что такого, видно же, что он давно не мылся.

В ответ на Маринкино предложение наш нотариус (мне так проще его называть) лишь восторженно подкатил глаза, что означало: о, да!

– Ну, ладно, пойдемте! – Я проводила парня в ванную комнату, снабдив его всем необходимым, в том числе дала халат Игоря.

– Вроде и паспорт его, но где доказательство того, что он помощник нотариуса и что документ, который он собирается мне предъявить, настоящее завещание?

– Вот сейчас он выйдет, и мы попросим его показать удостоверение нотариуса. Хотя, как оно выглядит, я точно не знаю. Вот паспорт знаю, у меня знакомый был, француз, он жил какое-то время у нас, стажировался, учил язык. А я в свою очередь подтянула свой французский…

Франсуа в халате Игоря, розовощекий, с мокрыми волосами и красными воспаленными глазами выглядел совсем как мальчик. Нос его блестел так, словно он долго тер его мочалкой. Сначала он начал эмоционально благодарить нас по-французски за то, что мы предоставили ему возможность помыться в роскошной, как он выразился, ванне. Затем, не переодеваясь, бросился к своему саквояжу, вынул из него толстую кожаную папку, раскрыл ее и вывалил на стол целую кипу фотографий и документов.

– А это что? – спросила я, разглядывая снимки, на которых был изображен некрасивый, с ввалившимися глазами изможденный мужчина в клетчатой рубашке. Он же – помоложе, в поварском колпаке со сковородкой, полной креветок, в руках. Он же – умытый, в костюме с маленькой девочкой на коленях. Везде на фотографиях одно и то же лицо, то помоложе, то постарше.

– Спроси не «что», а «кто», – посоветовала мне Марина. – Думаю, это как раз твой дядя Миша.

– Да-да, это Миша Петрофф. Ваш дядя. И вот его завещание.

С этими словами Франсуа открыл толстый документ, состоящий из двух пакетов – на русском и французском, – завещание.

Уж не знаю почему, но на меня все это действо не произвело ровно никакого впечатления. Не скажу, что я ожидала какого-то подвоха, нет. Просто меня больше порадовало бы, позвони мне (по телефону ли, в дверь) Лева. Чужой человек, мужчина, с которым я так неосторожно провела ночь. Его звонок мог бы означать только одно – что я ему хотя бы понравилась. Или что-то во мне. Неважно.

– А зачем вы привезли мне его фотографии? – насторожилась я. – И как вы докажете, что это он?

– У меня есть копии его паспорта. Но это и неважно. Ваш дядя, который являлся родным братом вашего знаменитого отца, Евгения Петрофф, артиста балета, был небогатым человеком и оставил после себя небольшую квартиру в центре Парижа, хотя и в престижном районе – в Латинском квартале на улице Муфтар. Это Пятый округ Парижа.

– Да? И сколько же она может стоить? – живо поинтересовалась Марина.

– Поскольку это совсем маленькая квартира, всего 31 квадратный метр вместе с крохотной кухней и туалетом с душем, однако она в центре, поэтому, полагаю, от 500 000 евро до миллиона. Точнее сказать не могу.

Услышав такую сумму, я подумала, что, если бы я захотела купить себе квартиру во Франции, то вряд ли купила в самом центре рухлядь размером в 31 метр. Скорее всего, приобрела бы что-то где-нибудь на побережье или же просто сняла на год-два там, где красиво, да пусть даже в Латинском квартале. С другой стороны, если мне эта квартирка упала с неба, то почему бы и не воспользоваться этим?

– А что, у этого дяди нет больше никого, кому бы он мог завещать свою квартиру?

Уж этого вопроса от Марины я никак не ожидала.

– В том-то и дело, что есть. Но Миша Петрофф работал простым официантом, это прежде он был поваром… Его жена Клер с дочерью Марией ушла от него к другому. Там уже другая семья. Я не встречался с родственниками, нам мало что о них известно. Но знаю точно, что у вашего завещателя было много долгов. Возможно, поэтому он оставил завещание не на бывшую жену и дочь, а на вас.