— Я помню твои слова. — Гвендолин неохотно кивнула. — Также помню историю о Персефоне и гранатовых зернах. Она съела всего шесть зернышек, чем привязала себя к Аду на шесть месяцев в году.

— Клянусь тебе, Гвендолин, ты не разделишь её судьбу. Пожалуйста… — Я положил руку ей на плечо. Она напряглась, но я приободрился, когда она не отпрянула. — Пожалуйста, — повторил я. — Доверься мне настолько, чтобы съесть один кусочек — это всё, о чем я прошу. Это всё, что необходимо для выполнения договора.

Она подняла бровь:

— Всего лишь кусочек?

— Да, всего лишь один кусочек, — заверил я её.

— Ну…

Понимал, о чем она думает. Она убеждала себя, что даже если я обманываю её, один кусочек приравняется лишь к месяцу в аду. Конечно, это не совсем так, но я не видел необходимости объяснять дальше, поскольку говорил правду.

— Гвендолин, — сказал я, снова поймав её взгляд. — Клянусь тебе: еда, которую я предлагаю, не проклянет тебя и не заманит в ловушку в мое царство. Объясню позже, а пока, пожалуйста, откуси кусочек. — Я ждал. Достаточно ли она доверяет мне? Согласится ли попробовать еду? Я надеялся на это.

— Ладно. — Вздохнув, она взяла сочный кусочек дыни и отправила его в рот. Прожевала и сглотнула. — Вкусненько. — Потом она выбрала виноградину и предложила мне. — Ты тоже попробуй.

Она ошибалась, если думала, что еда отравлена. Однако не возражал есть из её рук — мне это нравилось, если уж на то пошло. Открыв рот, позволил ей положить виноградину между моих губ. Откусил — и сладкий сок наполнил мой рот. Я не сводил глаз с Гвендолин. Она была такой же зрелой и сочной — я с нетерпением ждал возможности попробовать её сок.

Гвендолин, должно быть, заметила желание в моих глазах и быстро отвернулась.

— Вот, — сказала она, покраснев. — Мы поели и попили. — Она кивнула на чайную чашку рядом со мной в тон фарфоровым тарелкам. — Теперь мы можем уйти?

— Не вижу, почему нет, — заметил я. — Наш договор выполнен.

— Возможно, тот, что я заключил с вами, повелитель Лаиш. — впервые за несколько минут сказал Друага. — Но боюсь, что соглашение, которое я заключил с вашей очаровательной наложницей всё ещё не выполнено.

— Что? — Я повернулся и свирепо посмотрел на него. Фарс Друаги испытывал мое терпение. — Чего ты хочешь? Как ты смеешь претендовать на мою Гвендолин?

Он пожал плечами, темно-оранжевый костюм немного сместился.

— Не вините меня, повелитель Лаиш. Не я был инициатором договора. Гвендолин заключила его, когда приняла туфельку от бесенка.

— Что? — переспросил я. — О чем ты говоришь? Мы потеряли её на центральной площади.

— И она была найдена и доставлена в мое заведение бесенком, — фыркнул Друага. — Он предложил её вашей наложнице, которая приняла туфельку. Она собиралась отплатить человеческой едой, кажется, бутербродом, но оплаты не последовало. Так что, за ней остался долг.

Мое сердце упало. Я посмотрел вниз и увидел, что на Гвендолин действительно были обе черные туфельки. Как я мог упустить такую деталь?

— Это всего лишь бутерброд, придурок. — Глаза Гвендолин сердито сверкнули. — И я не смогла отдать его лишь потому, что маленький бастард предпочел джему мясо моей руки.

— Кроме того, бесенок нашел и вернул туфельку, а не ты, — заметил я. — Поэтому я могу признать долг перед бесенком, но не тобой.

Морда кабаноголового демона приняла упрямое выражение.

— Бесенок незаконно находился на территории моего отеля. Поэтому по закону я имею право претендовать на любую его собственность. Я требую туфельку вашей наложницы, за которую мне ещё не заплатили. Я требую компенсации!

— Тебе нужна эта чертова туфля? — Гвендолин сняла балетку и швырнула её в голову Друаги. Та ударила его по лицу, от чего он снова хрюкнул и встряхнул золотыми бивнями. — Ну вот, теперь она твоя.

— Конечно, мне не нужна эта туфля, я не могу её взять. Тебе её предложили, ты же приняла её, моя дорогая, — заметил он, бросая туфлю обратно. — Мне нужна законная плата за туфлю.

— И что же это может быть? — В горле нарастало рычание, ярость поднималась во мне. Только на этот раз мое тело не хотело сохранять человечность. Другая форма пыталась выбраться… Ещё одно существо, которое я держал взаперти вместе с остальными. Это был не человек, но он также хотел защитить Гвендолин. Было тяжело, но я старался сдерживаться, ожидая ответа Друаги.

— Что я хочу в качестве оплаты? Её душу, конечно же, или её часть. — Его глаза сверкнули, когда он достал длинную изогнутую серебряную соломинку длиной в половину моего роста. — Душонку за дешевку, смекаете? — Он кивнул на черную туфельку, которую Гвендолин отказалась поднять, и хрюкнул от смеха.