— Когда тебя отзовут? Я могу это знать?

— Я этого не знаю. Это решает мой Создатель.

Гаетан Дефоссе прихрамывая и корчась от боли, подошел к нам.

— А кто твой Создатель? — спросил он.

Квадра невозмутимо смотрела на меня, словно не замечая его.

— Что я могу для тебя сделать?

— Аэроджет заблокирован. Службы безопасности повредили автоматическую управляющую систему воздушного судна, поэтому не сможем взлететь, — я показал в небо, где пара истребителей, чуть оторвавшись от ведущего, заходила на очередной круг над аэродромом, — и мы не сможем покинуть воздушное пространство, нас тут же собьют.

Дефоссе переминаясь с ноги на ногу добавил.

— Нам не помешало бы еще твое оружие. Потому что я так понимаю из вашего милого разговора, ты можешь нас неожиданно покинуть, а мы неизбежно столкнемся с этими роботами полулюдьми. Я уверен, что нам придется очень туго. На войне нужен целый взвод, чтобы свалить одного такого, при условии, что все ребята полягут в землю, обильно поливая ее кровью. Уж я то знаю. А ты их уделала, я не успел глазом моргнуть.

— Да, — согласно кивнул я, — как только ты нас покинешь, мы будем беззащитны.

Она подняла руку, над ладонью появились маленькие точки вершины контура будущего оружия, от них потянулись контурные прямые, они превратились в расплывчатые гармонические линии и наконец, после волн муара по небольшим вертикальным и горизонтальным плоскостям, появился поблескивающий черной поверхностью пистолет. Она протянула его мне. Рядом стоявший Гаетан Дефоссе, удивленно осматривал свои руки, на которых не было наручников.

— Да тебе цены нет, — довольно хмыкнул он.

Я взял пистолет в свои руки. Тяжелый и холодный, как лед. Я не просто впервые в жизни держал оружие, я даже не знал, как им пользоваться, но понимал, что если я хочу выжить и защитить Мюриэл, мне придется его применить.

— Георг я так понимаю, она меня полностью игнорирует. Ты не мог бы замолвить словечко за меня и попросить еще одну такую игрушку. Потому что нам двоим, будет намного легче отбиться, чем тебе одному.

Я хотел обратиться к ней, чтобы озвучить его просьбу, но не успел. Оружие в моей руке задрожало начало оплывать и рассыпалось мелкими частицами, которые постепенно исчезли, растворившись в пространстве.

— Что это? Что, черт возьми, происходит? Мы с тобой так не договаривались! — завопил Гаетан Дефоссе.

На одной его руке висели застегнутые наручники. А в моих руках не было пистолета.

Квадра нервно дернула головой и вновь создала пистолет с помощью молекулярного заимствования материи. Передала его мне. Но через минуту повторилось тоже самое явление аннигиляции. Как она не пыталась, все повторялось вновь и вновь, едва оружие оказывалось в моих руках. Наручники у Дефоссе и части материалов искореженных персекуторов, то исчезали, то вновь появлялись, после того, как процессы аннигиляции уничтожали оружие в моей руке. Квадра нервно подергивая головой из стороны в сторону, вновь и вновь создавала оружие.

Я остановил ее.

— Хватит, остановись, ничего не выйдет. Скорее всего, те предметы, которые ты создаешь, могут длительное время существовать только в твоих руках, потому что ты для них своеобразная стабилизирующая среда. Благодаря твоему воздействию их молекулярная структура стабильна. А попадая в наши руки, они начинают неизбежно разрушаться, потому что мы не можем обеспечить стабильное состояние их новых молекулярных связей, и они стремятся вернуться в свое исходное состояние.

— Плохо дело, — разочаровано сказал Гаетан, — мы не выстоим против роботов, без ее помощи, а она может сбежать в любой момент.

Но тут же он воскликнул.

— Постой-ка, пуля, помещенная в инертный аэрогель очень долго сохраняла свое устойчивое состояние.

Он, кляня на все лады наручник, болтающейся на его одной руке и мешавший залезть в карман, достал небольшой кубик аэрогеля, в котором ранее была пуля.

Квадра снова создала пистолет, мы незамедлительно приложили к нему аэрогель. Он, прикоснувшись к поверхности, оплыл, быстро обволакивая все его части, и через секунду вся поверхность оружия была покрыта небольшим слоем инертного аэрогеля. Прошло несколько томительных минут, структура было стабильна.

— Ну вот, а то я уже думал мне снова, придется таскать надоедливые браслеты, — усмехнулся Дефоссе.

— Все так, — я кивнул в ответ и неуверенно добавил, — но думаю, мы сможем сделать всего один выстрел, после этого структура молекулярного крафта разрушится и материя аннигилируется обратно.

— У нас есть хоть один выстрел, а это уже хорошо. Тогда двигаем отсюда. Ставлю один к тысячи, что как только не дождутся возвращение первой группы, — он кивнул на лежащих в крови людей и перерезанные половинки массивных тел персекуторов, — пришлют еще одну группу, но она будет намного больше предыдущей и более оснащённой. Нет, конечно, твоя подружка справится и с ними, если она уже к тому моменту нас не покинет. Или сюда вызовут подкрепление из спецназа… Ей придется вести здесь небольшую войну.