Поезд шел вперед. Впереди – Франкфурт.

Рига – независимая столица независимого государства, свободного стараниями своих граждан. Независимые латыши заслуженно считают своим подлинным достижением закрытие ОВИРов и открытие турагенств, которые всего лишь за мизерную плату, долларов этак за 160, делают паспорт, визу в Германию и билет на автобус до Берлина. От нее, от столицы, автобусный рейс Рига-Берлин медленно, но верно продрался через молодую, но уже крепкую лато-литовскую границу, и теперь второй день стоит перед Польшей.

Объединенные общим несчастьем – счастьем поездки в Германию, пассажиры мирно сидели весь первый день, не высказывая неудовольствия. Но уже на вторые сутки, когда радость путешествия за границу померкла с окончанием продуктовых запасов, люди стали роптать. Смертельно уставшая старшая группы, лет пятидесяти, в девятый раз объяснила, что уже заплатила двести долларов, и пограничники обещают вечером приступить к досмотру.

– За двести долларов нас только в Белоруссию пустят, – прозвучал звонкий, но срывающийся голос в середине салона.

Сидевшие засмеялись. Замечание пришло от худощавого, светловолосого парня лет восемнадцати… Он сидел рядом с другим, высоким с копной черных волос. И тот и другой одеты в похожие и давно отжившие свой век левисовские джинсы и пуховые куртки. Они едут из Риги и успели познакомиться. Высокий, которого звали Леня, по пути к своим знакомым, живущим уже два года во Франкфурте, а второй хочет куда-то в Гамбург.

Они были самыми молодыми из нашей будущей компании. Их не обеляла седина прожитых лет, морщины опыта не испещеряли лица, и груз семьи не болтался позади бесплатным придатком. Они были самыми наивными, самыми восторженными и, конечно, полными идиотами, как и другие члены нашего клуба. Но при этом им предстояло стать жизненной энергией для все окружающих.

– Юра, чего ты забыл в том Гамбурге? Поехали со мной! Во Франкфурте хорошо! – детским басом убеждал высокий светлого.

– Я хочу там работать – упрямо капризничал второй, как ребенок, которому и вправду хочется, но нужно поломаться.

– Какая разница? Эти мои знакомые помогут с работой в этом Франкфурте.

Их разговор прервали. Из глубины салона, аморфно переваливаясь на толстых ногах, подплыл человек в новых джинсах, красной куртке и с типичным лицом торгаша. Таких мы привыкли видеть везде и повсюду. Символ наших дней, он все купит все продаст, во всем разбирается, как истинный специалист.

– Мужики, плейер продаете, – указывая на магнитофон, висящий у Лени, спросил он безразличным голосом, характерным для людей его профессии, имя которой – СПЕКУЛЯНТ.

– Нет! – заинтересованно ответил Леня. – А сколько дашь?

– Да пять марок, – тот скучающе отвел взгляд за горизонт, будто ему разговор наскучил еще до начала. При этом он продолжал наблюдать за реакцией собеседников всеми рецепторами.

– Поищи кого! – Леня усмехнулся.

– А за сколько ты хочешь? – пренебрежительно спросил «спекулянт».

– За водку. Пять бутылок.

– Могу дать две, – покупатель повертел перед собой пятерней, внимательно что-то на ней выискивая.

– За три.

– Ну ладно, так и быть, – мужик заметно оживился. – По дружбе отдам.

Через минуту бартерный обмен произвели, и обе стороны, довольные своей оборотистостью, отправились наслаждаться приобретениями. Еще через час Леня уговорил-таки Юру ехать с ним во Франкфурт, вместе с этим они вдвоем уговорили и пару бутылок.

Поздно вечером пограничники быстро осмотрели паспорта и багаж. Автобус пошел дальше. На следующий день на польско-немецкой границе молодой с деланно-серьезной миной парень в зеленой форме долго разглядывал у всех визы, и потом рейс пошел наконец на Берлин. Юра и Леня поедут оттуда дальше на Франкфурт.

Чопский вокзал шумел разноголосою толпой. Эта станция связывает бескрайние просторы бывшего Советского Союза, в смысле нынешнего СНГ, с Чехословакией и Венгрией, а через них и со всей Европой. Сегодня здесь можно встретить не только жителей приграничных стран, но и тех, кто прибыл с другого конца глобуса. У них мало общего. Они родились, росли и жили по разному. Но сейчас их объединила одна цель: они едут на Запад! Туда, где уже остались их родственники и знакомые, или они просто от кого-то слышали о сладкой жизни там и теперь спешат урвать свой кусок заграничного пирога.

Среднего роста мужчина, очень худой, седой, с чеховской бородкой пробивается сквозь толпу к поезду. Одет он в видавший виды кожаный плащ, за спиной болтается рюкзак, а в руке – дипломат. Имя человека – Борис Юрченко.

На лице его застыла озабоченно-сосредоточенная маска. Занят он тяжкими думами. И о том, что уже стоит одной ногой в клубе идиотов, никакого представления не имеет. Он будет нашим кладезем знаний. При внешней алчности, самый добрый среди нас и и самый ранимый.