Можно сыграть на разнице скоростей. Придется наддать. Все ли выдержат? Ну жить-то все хотят…

Сработает или не сработает, Сварог не гадал. В общем-то, не слишком подкованным в магии надо быть, чтобы раскусить примитивный обман. Но если цивилизация делает ставку на технику, то магию, как правило, или просто забывают, или выжигают каленым железом. А эти пташки, похоже, как раз из той голубятни, где прямо-таки обожают именно технику.

– Стоп. Перекур.

Отряд попадал на траву. Прохаживаться, успокаивая сердце, сил не осталось. Отдых необходим перед последним рывком… если, конечно, «скаты» клюнут на Сварогову удочку.

Сварог не стал никого предупреждать. Сами поймут, что к чему.

Он отдышался, собрался и проговорил скороговоркой:

И вместо пяти человек и волка появилось десять людей и два волка. Второй отряд от первого не отличался ничем. На удивление достало силенок разве что у Олеса и Каны.

– А теперь на ноги. И ходу!

Второй, иллюзорный отряд тоже поднялся и потрусил – тем курсом, который предназначался настоящим Сварогу со товарищи. Второй и только второй отряд должны видеть пилоты «скатов». Но видят ли?.. Задача проста, как чугунный утюг: вырваться за границы клина. Они бежали, забирая вправо от озера, приближаясь к фиолетовой границе. Предел возможностей уставшего организма был достигнут. И преодолен. Они неслись вперед на автомате, уже за пределом сил и возможностей. Сварог до хруста сжимал зубы и заставлял себя пока не оглядываться. Увериться, что план сработал, можно будет только тогда, когда они окажутся вне полосы оледенения, а «скаты» уйдут за липовым отрядом. Так, теперь потише, теперь нужно медленно-медленно, шажочками, крадучись…

Колонна мороза, прозрачно-фиолетовая, с клубками белого дыма внутри (и с точки зрения эстета, наверное, жутко красивая) совсем рядом, в каких-то паршивых трех каймах, от обжигающего тумана, струящегося вокруг нее, режет в глазах, немеют щеки… «Скаты» почти над самой головой. Наверное, костюм от дамургов старался как мог, нагревая тело, но его кроили без расчета на встречу с таким запредельным минусом… До зуда в онемевших пальцах тянуло испробовать шаур на поражение воздушных мишеней.

Маяком, путеводной звездой им служил крайний, последний в этом «крыле» клина «скат». Вроде и близко он, вот, казалось бы, поднажми чуток, но – нельзя, надо сторожко, пока неизвестно, подействовала ли таларская магия на загонщиков, удалось ли отвести им глаза…

– Давай, мастер охранитель, давай, дорогой, тяни последние каймы на «не могу»…

Сварог, были б силы, усмехнулся, сравнил бы себя с тренером, бегущим вдоль олимпийской лыжни и подгоняющим лыжников своей сборной: «Давай, давай, хоп, хоп…»

Заплетались ноги не только у Рошаля, но и у Пэвера. А здесь падать нельзя, конец, не успеешь два раза вдохнуть-выдохнуть. Как раз для того, чтоб воочию видели этот конец и кожей чувствовали его вползающий в тело мороз, Сварог и подвел отряд вплотную. Когда видишь смерть перед носом, то врубаются последние резервы, о которых ты и не подозревал.

Ну вот он, край. Теперь, как говорят мастера спортсмены, финишный рывок. Вот она, оконечность клина, забежать чуть вперед, взять вправо, еще отбежать, понимаю, нет сил, но на пределе, ребята, на морально-волевых еще чуток, последние метры, они же каймы, будь они неладны…

Все, клин остался позади, прошел мимо. Теперь можно валиться подкошенным стеблем на траву… Хотя нет. Под ними – это Сварог почувствовал, пережив сотню другую сумасшедших ударов пульса – была вовсе не трава, а мелкая галька, которую лишь кое-где разбавляли травинки. А «скаты»-то, «скаты» пролетели мимо, ведь попались, дурачье, на магический фокус!

– Ушли! – завопил первым отдышавшийся Олес и замолотил кулаками по земле.

– Не ори, – Кана попросила так, что князь тут же замолчал, как заткнули пробкой.

Сварог почувствовал в себе силы сесть. Потрепал Чубу по взмыленной холке. Оглядел воинство. Вроде оживают. Вроде можно и речи начинать вести. Поговорить есть о чем.

– Ни хрена мы не ушли, вот что я вам скажу для начала, – командир извлек из кармана карту, прикурил сигаретку дрожащими пальцами. – Просто отсрочили расправу. Нескоро, скоро или очень скоро мой обман стрелки раскусят – когда пальнут по пустоте. И тогда все пойдет по новой… С одной лишь разницей: играть с нами в кошки-мышки они передумают. Будет все очень просто. Увидел – заморозил.