Заметив, что его перестали чесать, Банко одарил меня укоризненным взглядом, изящно спрыгнул с каменной скамьи и удалился, гордо подняв хвост трубой.

– Извини, – вздохнула я.

Мне нравилось, что коту не было дела до меня. Я не хотела, чтобы обо мне кто-то заботился. Если честно, я сама о себе не заботилась.

Чем бы заняться? Я снова стала тяготиться бездельем. В голове не было ни одной стоящей мысли. Я обошла виллу, окидывая ее критическим хозяйским взглядом. Мой взгляд упал на ставни, я поняла, что они отчаянно требуют ремонта. Если покрасить их и покрыть лаком, думаю, дом будет выглядеть более презентабельно и станет привлекательнее для покупателей, которых мама Пилар хотела бы найти. Конечно, покрасить дом тоже не помешало бы, но это большое дело. А вот ставни, если подумать…

Я рассмотрела их вблизи. Дерево когда-то было темным, но теперь выгорело на солнце до бледного оттенка, а петли расщатались и даже заржавели. Возможно, я не очень творческий человек, но определенно хорошо справляюсь с практическими заданиями.

Однажды я попросила у Шона перфоратор на день рождения. Он же подарил мне духи. Чудесные дорогие духи. Но я предпочла бы перфоратор. Теперь, хорошенько осмотрев ставни, я поняла, что смогу их починить. Мне хотелось это сделать. И лучше заняться ремонтом, чем сидеть тут с книгами по медицине, которые будут напоминать мне о Брэде. Уж лучше занять себя каким-нибудь полезным делом, пока я здесь. Это то, что мне нужно, чтобы двигаться вперед.

Я отправила Пилар сообщение, спросив, не будет ли ее мать против, если я займусь мелким ремонтом дома?

Ты что, с ума сошла? – ответила подруга. – Ты на отдыхе. Мама не рассчитывает, что ты будешь там что-то делать.

Но я бы сама хотела, – написала я в ответ. – Что-нибудь по мелочи.

Несколько минут спустя пришло сообщение. Я рассмеялась:

Без проблем, сумасбродная ты наша!

Я провела изыскания в доме и нашла чемодан с рабочими инструментами, а в сарае – пару плетеных стульев для улицы и полосатый зонт. К моему удовольствию, кроме молотков, тяпок, грабель и пил, там также была шлифовальная машинка, которая идеально подошла для работы со ставнями. Я отнесла стулья и подушки для них на патио и поставила в тенёк. Раскрыла зонт над каменным столиком. После этого я приняла душ по-быстрому и переоделась в футболку и шорты. Ввесьма довольная собой я закрыла дом и отправилась в Бенифлор.

Я припарковалась на том же месте перед супермаркетом, что и в прошлый раз, и пошла по основной улице. Городские дома и магазины были покрашены в желтые и кремовые оттенки. На широких подоконниках часто стояли кашпо и корзины с растениями. Цветы разноцветным каскадом выливались из кованых решеток.

Я шла к площадипо узкой улочке, на одной стороне которой было много домов, а на другой – пустырь. В конце улицы, к моему большому удовольствию, появился огромный магазин, на вывеске которого были слова «Bricolaje» и «DIY» [3] *.

Я уже приготовилась к тому, что буду страдать, объясняя продавцу, что мне нужны наждачная бумага, петли, шурупы и лак, но когда я зашла в торговый зал, то увидела, что это магазин самообслуживания, где можно преспокойно ходить по рядам и брать то, что нужно. Я люблю магазины DIY. Мне нравится запах дерева, двери, паркетные доски, электроприборы – каркас для будущих проектов ремонта… Больше всего мне нравятся электроприборы.

Я взяла сверло для дрели, которую нашла на вилле «Наранха», а также пару масок для лица, чтобы защититься от пыли. Затем я принесла все свои покупки к кассе, где сотрудник, сидящий за белым кассовым аппаратом, вытачивал ключ для другого посетителя. И сотрудник, и покупатель – мужчинам было где-то за пятьдесят, как мне показалось – уставились на меня, когда я поставила корзину на кассовую ленту. Знаю, я выглядела, как чистой воды туристка – яркие зеленые шорты, полосатая футболка и сандалии, украшенные разноцветными стекляшками. У меня был вид дилетантки в ремонтном деле, и я невольно задумалась, не читал ли кто-нибудь из них «Пятьдесят оттенков серого», и не задавался ли вопросом зачем мне большой рулон малярного скотча в корзине?

Покупатель сказал что-то кассиру, и оба рассмеялись. Думаю, надо мной. Я покраснела от негодования. Затем посетитель забрал ключи и ушел, а кассир повернулся ко мне с дружелюбным «hola».

Я повторила «hola» в ответ, затем он отсканировал мои покупки, назвал мне сумму, которую я, разумеется, не смогла понять. Я вытянула шею, чтобы увидеть экран кассового аппарата, и тогда он повторил сумму по-английски, медленно и старательно.

– Спасибо, – сказала я, отдавая деньги. – То есть, gracias.

– Не за что. – Он передал мне покупки в пакете.

Я решила снова заглянуть в «Кафе Флор» на кофе, дабы заведение было недалеко. С пакетом, полным строительных материалов, я вдруг почувствовала себя почти местной жительницей. Я осваивалась, искала свой путь. Я не туристка. Я живу здесь. Пусть это и ненадолго.

– Здравствуйте! – Рыженькая Роза тут же оказалась рядом, как только я села под один из больших зонтиков. – Рада снова вас видеть. Как поживаете?

– Неплохо, – сообщила я. – Обживаюсь.