Хельга зябко передернула плечами и испуганно покосилась на помрачневшего Торуса.

— Вальда, я поговорю с матерью. Обещаю, что этот гад больше вас не тронет. Вот зараза! Да что он себе возомнил?

Элвилин скрипнул зубами.

— А ты, сестра? — болотница перевела мутный взгляд водянистых глаз на Хельгу, — поможешь?

— Я? — девушка удивилась. — Эм… ладно. Помогу.

— Пообещай, — шелестящий голос прозвучал неожиданно твердо, и девушка почувствовала, как ее запястья коснулась что-то холодное и шершавое.

Опустив взгляд, она увидела белую руку с длинными пальцами, из-под ладони которой извивалось нечто, похожее на воздушные корешки.

— Обещаю, — поспешно выпалила мисс Блэкмунд и с трудом удержалась, чтобы не завизжать.

Болотница медленно кивнула и заковыляла прочь, переваливаясь, точно утка.

— Бр-р, — Хельга незаметно вытерла руку о край рубашки. — Какая гадость.

— Почему же? — Торус прищурился. — Мисс боится всего, что не походит на ее привычный мирок? Не подозревал в вас такого отношения к другим расам, Хельга.

— Я не то чтобы боюсь, — девушка поспешно замотала головой, — просто она какая-то… даже не гадкая. Чужая, вот. Слишком чужая. И у меня мурашки по коже.

— Может быть, — согласился элвилин. — Говорят, что они появились вместе с водой Затопления и неплохо тут прижились. Иногда мне кажется, что они тоже пришлые. Как и мы.

— Вовсе не такие, как вы! — воскликнула Хельга, вздохнула и добавила еле слышно. — Тебя вот я не боюсь.

— Ну, и отлично, — элвилин рассиялся, точно солнце, — тогда поехали куда-нибудь еще? Если уж в ту сторону не велят?

— Давай просто так прогуляемся, ты же дороги знаешь?

— Конечно. — Торус задумчиво посмотрел туда, где за холмом скрылась болотная дева. — А ты слышала, что в самом центре болота вода до сих пор солоноватая?

Мисс Блэкмунд помотала головой, а элвилин продолжал:

— Ну да, и многие растения там просто не растут. Зато растут такие, каких больше нигде не встретишь. Рай для алхимика. Только ты Илару об этом не говори, — он тронул поводья, — а то запрыгнет в самую топь, костей не найдешь.

— Не скажу, — рассмеялась девушка, пуская лошадку следом. — И долго добираться?

— Примерно день пути, да и то, если дорогу знать. Но вот туда я вас точно не поведу.

— Жалко, я бы посмотрела, — Хельга тихонько вздохнула.

Тропа стала шире, и всадники оказались у заросшего камышами озерца.

Поехали по берегу. Мисс Блэкмунд подстегнула лошадь и поравнялась со спутником.

— Ты всё же очень любопытная, — проворчал эйп Леденваль, покосившись на девушку.

— Ага, — она снова рассмеялась. Я ведь по большей части дальше столицы не отъезжала. А сейчас вот чувствую, что во мне погибает отчаянная авантюристка. Или, может, это ты на меня так дурно влияешь?

Хельга принюхалась. Ветерок принес медовый запах вереска, но, кажется, самый что ни на есть настоящий.

— Всё может быть, — сказал элвилин задумчиво. — А что родители? Такие же домоседы, что и дочурок не вывозили никуда?

— Только однажды к дядюшке, в провинцию. Да и то это было давно, еще до Джонькиного рождения.

— Провинция тоже может быть интересной, если присмотреться.

— Но присмотреться очень пристально. Я, к сожалению, так глядеть не умею.

Торус расхохотался, спугнув затрещавшую крыльями стаю уток.

— Ладно, ты права. Там на самом деле скука страшная и к тому же жутко смердит. Смотри, из этих камышей делают дудки. Хочешь?

И, не дожидаясь ответа, спрыгнул с лошади и полез в заросли. Через несколько минут он уже вручал девушке длинные стебли с мягкими коричневыми наконечниками: — В замке попросим конюха. Умелец тот еще.

— Спасибо. — Хельга тоже спешилась, и дальше они, не сговариваясь, пошли пешком, ведя коней в поводу. Торус молчал, отрешенно смотрел вперед, и думал о чем-то своем.

— А ты много ездил? — мисс Блэкмунд, прихлопнув на шее особо приставучего комара, наконец, решилась прервать молчание.

— Э? Да. Много, — эйп Леденваль перевел на Хельгу задумчивый взгляд, — если захочешь, я потом расскажу. Тут историй не на одну прогулку. И всё равно, — Торус вздохнул. — Тянет меня сюда. Я очень люблю Леден и, будешь смеяться, привязан даже к деду.

— Почему смеяться? — пожала плечами девушка, накидывая капюшон — ветер усилился резче и вокруг потемнело. — Родной дом всегда должен тянуть.