Когда я открыла дверь и вошла внутрь, то почувствовала знакомую потребность сбежать. Она не была такой всеобъемлющей, как то, что я могла увидеть или услышать. Просто я ее чувствовала. Я осмотрела пустой дом. Царила тишина, все лежало на своих местах, но я не могла избавиться от ощущения, что что-то не так.

— Я ждал тебя. — Жуткий звук, которого не должно было быть в моем доме, потряс меня. Крик, разорвавший мои легкие, прервался тишиной от внезапного давления холодной стали на мою щеку. — Не кричи. Не хочу причинять тебе боль, но могу, если не послушаешь.

— Что вы здесь делаете? — Дрожь в голосе не смогла передать и доли того страха, который я чувствовала.

— Я пытался предупредить тебя. Я пытался помочь тебе.

— Предупредить о чем?

— Я думал, что ты умнее. А ты такая же, как и любая другая тупая шлюха. — Его разъяренный и почти истерический голос был последним, что я услышала, когда почувствовала приклад пистолета, обрушившегося на мою голову.

* * *

Она вернулась. Она улыбалась мне, но глаза оставались пустыми. В них плескался страх. Я знала это, потому что ее чувства были во многом похожи на мои. Она тоже выглядела печальной, но я могла сказать, что она была рада меня видеть. И впервые с того времени, как они исчезли, я была тоже счастлива видеть ее. Я не боялась гнева или ненавистного мне чувства быть брошенной. Я чувствовала лишь облегчение, потому что они, наконец, вернулись домой, ко мне. Я была их домом.

Тяжелая рука опустилась на мое плечо. Это был он — мой отец. Но он мне не улыбнулся. Даже не взглянул на меня. Он смотрел на маму. Он ей что-то говорил. Она покачала головой и потянулась ко мне, а я почувствовала, как моя рука потянулась к ней. Влажная капля скользнула ей на плечо. Он плакал, когда, наконец, посмотрел на меня. Он был таким красивым и высоким. Я вспомнила моменты, когда он сажал меня на плечи, играя со мной.

Я вспомнила.

Он любил меня, а я любила его тоже. Я любила их обоих. Я скучала по ним обоим.

— Почему? — Попыталась спросить ее, но не смогла. Я попробовала еще раз, но остановилась, когда осознала, что он тянет ее куда-то от меня. — Нет! Не уходите. Не оставляйте меня. Не снова. — Я кричала и кричала, но ничего не происходило.

Он посмотрел на меня еще раз, пока мама плакала и плакала, позволяя ему увезти ее.

— Мы сейчас не можем ей помочь, — сказал он. В отчаянии моя мама повернулась ко мне. Она указывала на что-то. На что-то позади меня.

Повернув голову, я неожиданно оказалась на детской площадке. Я видела маленького мальчика в нескольких футах от меня.

Киран.

Он был таким, каким я впервые его увидела; ему восемь, солнце светит, но вокруг тишина. Тихо как после смерти. Тогда я заметила в его руках пистолет, а на его пальцах висел золотой медальон.

Его глаза были печальными, когда он смотрел на меня, но в них я также видела и гнев. Он посмотрел на свою руку, и я заметила что-то инородное на медальоне. Кровь.

— Киран?

— Я убил их, — ответил он.

— Кого? Кого ты убил? — Глубоко вдохнув, он заметно затрясся.

— Ты должен мне сказать — кого! — В отчаянии закричала я.

Его рука медленно поднялась, пистолет был направлен на меня. Я покачала головой, но вместо того, чтобы уйти, лишь подошла ближе.

— Убью, — закричал он и выстрелил из пистолета.

* * *

Я очнулась от кошмара, вся мокрая и тяжело дыша. Я бы подумала, что мой ночной кошмар закончился, но пульсирующая головная боль говорила об обратном. Я открыла глаза и посмотрела за окно. Я могу видеть неопрятную лужайку, но больше ничего.

— Приятно видеть, что ты очнулась. Я уже начал думать, что, возможно, слишком сильно ударил тебя по голове. Кстати, как твоя голова?

— Была лучше, — с сарказмом ответила я. Он широко улыбнулся, но я впервые не ощутила очарования, обычно исходящее от его улыбки.

— Мне жаль, но я был вынужден сделать это, не думал, что ты пойдешь со мной по своей воле. — Я смотрела в холодные глаза мистера Мартина, пока он сидел в углу комнаты.

— Зачем вы это делаете? Вы ведь проникли тогда в дом, не так ли?

— А почему кто-то что-то делает? Ради денег, дорогой девушки, и да — я действительно оставил то фото. Печально то, что случилось с той маленькой девочкой.

— Но моей тети здесь нет, и она не богата. — Он рассмеялся, как будто я пошутила или сказала что-то остроумное. Или, может, мужчина сошел с ума. Последнее подходит ему больше всего.

— Мне не нужны деньги ни от тебя, ни от тетки. К тому же, это вообще не имеет к тебе никакого отношения.

— Что? Тогда почему…

— Ты просто приманка, Лэйк.