Шрифт:
— Господин Руперт, а может в расход его? Раз Мясорубка не справляется, то можно и по старинке… Все равно вы на него только время зря тратите да электричество жжете.
И кто это у нас там такой инициативный, а?
Я поднимаю голову и упираюсь взглядом прямо в наставленный на меня ствол автомата.
— Скольких я зарезал, сколько перерезал, — непроизвольно начинаю напевать, пытаясь придать лицу устрашающее выражение, как в фильме.
Наверное, это смотрится дико глупо и нелепо: голый и далеко не атлетичный я, без малейших следов загара и хоть какой-нибудь дрянной татуировки, наступаю на вооруженного бойца в полной экипировке, считая бронежилет и тактический шлем с поднятым «забралом».
А ведь мне на себе даже порвать нечего, для пущего эффекта. Разве что клок волос могу с груди выдрать.
— Смотрите-ка, да у нас тут настоящий рецидивист — маньяк-потрошитель, не иначе! Несчастную девочку во сне зарезал… — ухмыляется спецназовец, изготавливаясь к стрельбе.
Ур-род, а ведь это ты меня приложил, я тебя запомнил!
— Ну что, избавим землю-матушку от опасного маньяка и насильника спящих женщин? — поворачивается к Руперту боец.
И тот утвердительно кивает.
Глава 3. И все же я супер!
— Вот и кончилось твое везение, Счастливчик, — ухмыльнулся боец.
До меня наконец-то дошло, что это все не игра и не шуточки, и я попятился назад. Шаг, второй, третий. Ученые с любопытством наблюдали за нами из-за бронированного стекла, а охранники, что стояли у бронированной двери, ведущей за этот прозрачный барьер, заметно напряглись и тоже вскинули оружие.
Что-то холодное и металлическое коснулось моего обнаженного зада.
Повернуться и посмотреть, на что это я наткнулся? Нет. Даже на долю секунды страшно оторвать взгляд направленного на меня оружия. Почему-то мне не хочется пропустить Тот Самый Момент.
— Ну куда же ты, а? А ведь мы действительно тебя между собой прозвали Счастливчиком. Даже ставки делали, с какого раза тебя эта аномалия в фарш перекрутит… Ты мне, кстати, сотку баксов должен…
И он вскинул автомат, упирая приклад в плечо и делая быстрый шаг в мою сторону.
А я закрыл глаза и вытянул вперед руки, словно надеясь раскрытыми ладонями защититься от выпущенных в меня пуль.
Раздался короткий вскрик, а потом громыхнула длинная очередь.
— С-сука! Какой урод это сделал?!
Сделал что?
Пришлось мне открыть глаза — любопытно же!
Увешанный броней и оружием спецназовец лежал на полу, напоминая огромного пятнистого жука, перевернутого на спину, и так же забавно шевелил руками и ногами, словно лапками. Автомат валялся рядом, а из ствола струился едва заметный дымок.
Я опустил голову вниз, пытаясь рассмотреть, куда именно попали выпущенные пули, но сделать это мне помешала возникшая прямо перед глазами надпись:
Вы использовали свое особое умение!
Она тут же пропала, зато появились новые. Десятки строчек и цифр проносились перед моими глазами, выскакивали какие-то окна с текстом и тут же сворачивались, то тут, то там вспыхивали черно-белые и цветные картинки — и от этого беспорядочного мельтешения у меня начала кружиться голова и зазвенело в ушах.
— Полковник Громов, отставить! Отберите у него кто-нибудь оружие! Полковник, я вам приказываю!
Что там происходит? Чего этот долбанный Руперт так разорался?
Хотя нет — хрен с ними со всеми: что со мной творится?!
— Его чип активировался! Объект Один-Двенадцать прошел трансформацию, и я отменяю приказ о ликвидации! Вам это понятно, полковник?
Грохнула открываемая дверь и раздался топот ног: больших и маленьких, в кованных армейских ботинках и в мягких удобных туфлях…
— Так точно, — угрюмо отзывается мой несостоявшийся убийца.
— Двенадцатый, вы меня слышите?
Кто-то осторожно берет меня за руку и куда-то тянет. Нет, не за стеклянный барьер, где возятся с приборами и компьютерами ученые, а левее. За ту неприметную стальную дверцу, за которой почти час назад скрылся жопорукий кентавр Федя. А теперь вот и меня туда же…
Перед глазами все еще мелькают какие-то таблицы, графики, картинки и строчки программного кода… кажется… Я уже давно закрыл глаза, пытаясь избавиться от наваждения, но это ничуть не помогло — разве что символы стали четче.
Так что приходится мне довериться своему «проводнику» и шагать следом, аккуратно переставляя ноги. К счастью, меня не торопят и не подгоняют.
Одновременно я пытаюсь понять, все ли со мной в порядке? Все ли конечности и органы на своих местах? Не пропало ли что-нибудь нужного, или не отросло лишнего? По первым впечатлениям все в полном порядке, кроме этого хаоса перед глазами, но и тот потихоньку унимается.