— Это не так. Мы решили…

— Нет. Это ты решила. Сомневаюсь, что мне предоставили слово. Похоже, ты просто выставила мне ультиматум. Разве не так? Я получу секс только, когда перестану пить?

В её голове продолжали крутиться колесики. Возможно, именно это решение всех её проблем. Если ей удастся убедить его, что пока он не бросить пить, не будет никакого секса, то окажется в безопасности от него и собственного неутоленного желания. Из того немного, что она знала о Дио и что видела на их свиданиях, он действительно ценил хорошее вино. Да, он пил больше, чем другие мужчины, но, похоже, держал свою тягу к алкоголю под контролем, по крайней мене, она никогда не видела его пьяным.

— Мы решили, что поженимся, когда ты разберешься с алкоголем, и лишь после свадьбы займемся сексом.

Ари заметила, как он вспыхнул от гнева. Внезапно он вскочил с дивана и, возвышаясь, склонился над ней.

— Два условия, как я погляжу. Сначала разобраться с пристрастием к алкоголю, а затем надеть кольцо тебе на палец. И только тогда ты будешь спать со мной. Почему ты вообще связалась со мной, если не уважаешь меня и то, что важно для меня?

Дио бросился к двери.

— Ты куда собрался?

Он обернулся, но не посмотрел на нее.

— Я ухожу. Учитывая, что ты не желаешь заниматься со мной сексом, что ещё мне остается сделать, кроме как напиться? Ты когда-нибудь задумывалась об этом?

Через секунду дверь захлопнулась.

Дерьмо! Это не к добру.

«Не волнуйся, он просто погорячился. Он успокоится», — заверил голос в её голове.

Глава 12

Выпив первый стакан в ближайшем тусклом баре, Дио почувствовал себя слегка получше. Но гнев от обвинений Эбби всё ещё не утих — даже близко. Как она могла ожидать, что он откажется от вина? Сегодня он обнаружил, что вино — единственное, что пробуждало в нем хоть какие-то воспоминания. Как он мог отказаться? Что если это единственный для него способ оправиться от амнезии?

Дио покачал головой и заказал ещё выпить. То, что она требовала от него, неприемлемо. В глубине души он знал, что не из тех мужчин, которые согласились бы на её условия. Только слабак, подкаблучник поступил бы так. Вряд ли он принадлежал к этим мерзким существам. Возможно, он и потерял память, но был уверен в том, что чувствовал.

Он желал Ариадну, ему хотелось прикоснуться к ней, вонзиться в нее по самые яйца, но он не идиот, который позволил бы женщине помыкать собой, даже той, которую любил.

Должна быть другая причина, по которой она не хотела спать с ним, потому что её утверждение, что это из-за его пристрастия к алкоголю, полная туфта. Черт, она владела винным магазином! Из всех людей именно она должна понимать его любовь к вину, понять, что она не алкоголик. Нет, она злилась на него из-за чего-то другого, и ради Аида, он выяснит это.

Ради Аида? Откуда, во имя Олимпа, он взял эти странные выражения?

За первым стаканом он опрокинул в себя второй и снова заказал выпивку. Время закрытия подошло слишком быстро, но, возможно, это и к лучшему. Пошатываясь он направился в свою берлогу, его ноги почти подкосились, когда он поднимался по лестнице. Добрался он лишь до гостиной.

Последнее, что он увидел, букет цветов на кухонной стойке. Он купил их для Ариадны, желая удивить её, но у него не было возможности вручить их ей.

Возможно, так даже лучше. Нет необходимости давать ей ещё больше оснований полагать что он одурманенный идиот, который удовлетворит все её требования.

Его голова закружилась, алкоголь в крови наконец подействовал. Он рухнул на диван лицом вниз и отрубился.

* * * * *

Что-то заставило его веки задрожать. Едва проснувшись, Дио приоткрыл один глаз, в который светил яркий солнечный луч.

— Гелиос, я тебя ненавижу прямо сейчас, — пробормотал он себе под нос.

Мгновение спустя он вскочил с дивана? Что за глупые идеи он извергает? Какой на хрен Гелиос? Эта мысль промелькнула в его сознании, не задержавшись. Возможно, он учитель химии? Возможно, он имел в виду гелий, но почему?

Дио оглядел себя, заметив помятую одежду. Отлично! Он спал в ней, следовательно, был не в себе прошлой ночью, чтобы ясно мыслить. Когда он попытался приподняться, всё его тело запротестовало. Черт, как же у него болит голова! Возможно, в последний раз он выпил слишком много. И он первый признал это. И тем не менее другие несколько стаканов прошли на отлично.

Он предпринял ещё одну попытку встать и покачнулся. Это нехорошо. Словно соглашаясь, его желудок заурчал. Ему нужно поесть. Возможно, после этого полегчает.

Пошатываясь, он поплелся на кухню, и каждое движение в голове ощущалось как мини землетрясение. Он открыл шкаф над раковиной, скрип от старых петель отозвался скрежетом в висках. Осмотрел содержимое, но кроме нераспечатанной бутылки острого соуса и бутылки оливкового масла в нем не оказалось ничего съестного. Попытка найти еду в следующем шкафу оказались не более плодотворны.