— Может, есть другой способ.

И глядя на Натали, Ари поняла, что она не имеет в виду игру по правилам. Глаза Ари сузились.

— Я не собираюсь прекращать один обман лишь для того, чтобы начать другой.

— Это не обман. Больше похоже на соблазнение.

Натали сделала это предложение с улыбкой, по мнению Ари, больше похожую на улыбку Евы, когда та соблазнила Адама попробовать яблоко.

— Что? Ты хочешь, чтобы я его соблазнила? И куда это меня приведет?

Помимо того, как бросит ее поглубже в ад, в качестве расплаты за грехи.

— В его постель для начала.

Ари выдохнула.

— Была там, делала это. Это ничего не изменит.

От этого ее сердце будет болеть сильнее. Еще одна ночь с Дио лишь отсрочит неизбежное.

— Не согласна. Сейчас все по-другому.

— Как это может быть по-другому?

Иногда ей было тяжело уследить за ходом мыслей подруги.

— В этот раз Дио любит тебя. И когда он будет в десяти секундах, чтобы снять штаны, ты расскажешь ему правду.

Натали подчеркнула свой план широкими движениями рук, как будто торжественно открывала статую, а не вела Ари по пути, с которого та хотела сойти.

— Ты ведь не серьезно!

— Все дело во времени. Пока он не сможет думать ни о чем, кроме как трахнуть тебя, ты накинешься и скажешь, что соврала ему.

— Я накинусь?

Прозвучало, как будто она тигрица на охоте, и определенно хотя бы отдаленно не походило на то, что она смогла бы это сделать… даже если бы захотела.

Натали нетерпеливо кивнула.

— Он будет стремиться к самому интересному и будет такой «эй, все что угодно, детка».

— Ты ненормальная. На все сто процентов ненормальная.

Натали пожала плечами.

— Так ты сделаешь это?

Глава 30

Ариадна натянула лямки платья, пытаясь их выпрямить. Красный материал плотно облегал ее бюст, подчеркивая грудь и талию, которой у нее не было еще с десятого класса. Ари глубоко вздохнула и позвонила в дверь в квартиру Дио. Успокаивая себя, она шагнула назад. Посмотрела наверх в окно и увидела слабый свет, идущий с кухни, но внутри ничего не двигалось. Она вздохнула. Может, стоило ему сначала позвонить.

Разочарованная, она обернулась в красных туфлях на шпильках и врезалась в твердое тело.

— Я забыл про назначенное свидание?

Громкий голос Дио заставил ее вздрогнуть, несмотря на теплый вечерний воздух. Его руки обвились вокруг ее талии, притягивая к твердым мускулам.

— Привет, — это было все, что ее голосовые связки смогли выдавить.

— Я увидел твой силуэт в свете уличного фонаря и хотел выпороть сам себя за похотливые мысли о другой женщине за несколько дней до своей свадьбы, а потом понял, что возбудился из-за своей будущей жены. Скажи, любовь моя, почему ты скрывала это тело от меня?

Он поцеловал ее разгоряченную кожу на шее.

— Не думаю, что видел на тебе это платье.

— Ох, это старье?

Посмеиваясь, он просунул палец под лямку и скинул ее с плеча.

— Да, это старье.

Его глаза поднялись к ее.

— Ты выглядишь как сексуальная Красная Шапочка, что заставляет меня чувствовать себя большим плохим волком.

Ари увидела хищный блеск в его глазах и почувствовала, как смелость возвращается к ней. Он хотел ее. Осознанно и медленно она прижалась бедрами к нему.

— Мы можем поговорить?

Дио застонал, а его ладонь скользнула к ее спине.

— Можем сделать больше, чем просто поговорить.

Он прижался к ней пахом, а руки приподняли ее так, чтобы он упирался эрекцией прямо ей в лоно.

У Ари вырвался вздох.

— Ох.

— Да, ох.

Он поставил ее снова на ноги и откинулся назад.

— Наверное, тебе будет безопаснее вернуться домой, или я заберу свои слова о воздержании до брачной ночи назад.

— Э-э… да, говоря об этом, — она сглотнула. — Мне надо кое-что тебе рассказать.

Он провел пальцем по ее щеке, долго обдумывая свое решение.

— Хорошо, тогда пошли.

Ари воспользовалась моментом, пока входила внутрь, чтобы успокоить свое колотящееся сердце и вытереть вспотевшие ладони о платье. Когда они вошли, лишь маленькая полоска света под кухонными шкафами освещало его квартиру. Когда он хотел уже включить свет, она положила руку на его.

Он повернулся к ней, и его брови вопросительно изогнулись.

— Что-то не так?

Ари медленно кивнула, пытаясь набраться смелости заговорить. Она не могла вечно это откладывать.