Ярослав

«И ты мне тоже нравишься. Очень».

Такая простая фраза, но засела в голове на манер заезженной пластинки. И вот не раз слышал нечто подобное, но только в устах куколки эти слова показались настоящими. Без приукрас, не для того, чтобы подобраться ближе, соблазнить, похвастаться подружкам. А просто потому, что так оно и есть. Она просто констатировала факт. И даже не поняла, как повлияли на меня её слова.

Глупо так вестись на ту, кого и знать не знаю. Но ведусь. Кажется, я свихнулся. И ещё больше ощутил себя ненормальным, когда поймал себя на мысли, что улыбаюсь, вспоминая о ней.

Утро началось с того, что девчонка подскочила на постели, чуть не вписавшись головой в потолок. Да и вписалась бы, не урони я её вовремя обратно на подушку.

– Дыши, куколка, дыши, раз уж опоздала, то и нет смысла расшибать голову из-за этого, всё равно не поможет, – прижал её к себе.

Удивительно, но та действительно затихла в моих руках.

– Так-то лучше, – хмыкнул. – Сильно опоздала?

– Мачеха меня убьёт за то, что я не ночевала дома, – мученически выдохнула блондинка, накрыв лицо обеими ладонями. – Вот я дур-ра… – добавила страдальчески.

– В таком случае тем более нет разницы, когда она это сделает. И ты не дура, куколка. Подумаешь, с незнакомцем в лесу переночевала, – не удержался от подкола, за что меня одарили осуждающим взглядом. – Да ладно тебе, ничего же такого не было. Да и никто не в курсе, насколько сильно ты пала. Так что… – пожал плечами.

И всё-таки расхохотался, глядя на её обескураженное и одновременно мрачное личико.

– Обычно Жанна спит до девяти-десяти, и если бы я проснулась пораньше, она бы и не заметила, что я где-то шлялась всю ночь напролёт, – покаялась моя собеседница. – И лекций сегодня нет, так бы она решила, что я просто в университете, – опять накрыла лицо ладонями с многострадальным стоном.

– Хм… Ладно, не переживай так, придумаем что-нибудь. У нас на это есть целый час обратной дороги. Так что собирайся, куколка, мне тоже нужно дома показаться. А то как вчера утром прилетел, так ещё и не был там.

Дальнейшие пятнадцать минут мы действительно провели в сборах. Точнее, я шустро прибрался, а после мы шли обратно к машине уже проверенным способом. Да и… нравилось мне, как она ощущалась на моих руках.

Точно свихнулся!

По пути заехали в придорожную забегаловку за кофе и пончиками. Кофе оказался отвратительным, и я, недолго думая, выплеснул его прямо в окно, а вот пончики – ничего так, съел и не заметил. Моя спутница, в отличие от меня, ничего выбрасывать не стала. Сохранила стакан и его содержимое до самого окончания пути, где, по выходу из машины, аккуратно опустила в мусорку на краю тротуара.

– Ну, что, будем прощаться? – прищурился я, глядя на неё уже при свете дня.

Чуть растрёпанная, нахохлившаяся, обнимающая себя обеими руками, она напоминала мне сейчас воробья. Милого такого и… потерянного. Что мне совершенно не понравилось.

– Да, мне давно пора. И ты тоже домой собирался… – улыбнулась, закусив нижнюю губу.

Никуда так и не ушла, нерешительно топчась на месте.

– Собирался, – кивнул согласно и притянул её к себе за талию. – Потом… – заметил уже тише, провёл тыльной стороной ладони по прохладной щёчке и заправил упавшую на её личико золотистую прядку за ухо. – Уверен, брат простит мне такую вопиющую наглость… – окончательно скатился на шёпот, почти касаясь своими губами её.

Уж слишком навязчивым в последние минуты становилось желание снова попробовать на вкус губы куколки. Что я и сделал. Склонился и, наконец, поцеловал девчонку. Нежно, ласково, старательно сдерживая желание впиться в них со всей жадностью. И может, и стоило бы так сделать, но этой девушке хотелось дарить нежность. Она пробуждала во мне желание заботиться о ней, быть лучше. И я старался, как мог. Хотя, видит бог, давалось мне это с невероятным трудом. Сложно быть хорошим и примерным, когда раньше никогда таким не был. Впрочем, раньше ни одна женщина у меня и не вызывала столь странных желаний.

– Начинаю думать, что не так уж и плохо быть маньяком, – хмыкнул, оторвавшись от манящих губ. – Увидимся вечером? – предложил следом, прижавшись щекой к щеке.

Для этого пришлось её слегка приподнять, но мне нравилось, что она такая маленькая и хрупкая по сравнению со мной.

– М-м… А давай я тебе позже скажу? – предложила она нерешительно. – Напишу. Или позвоню.

– Это ты меня сейчас так красиво отшиваешь? – выгнул брови, не скрывая насмешки.

У самого по горлу горечь прокатилась. И не столько из-за отказа, сколько, что могу действительно больше не увидеть эту девушку. Отпущу и испарится. Дебильные мысли какие-то, но что есть, то есть.