Я не знала, как к этому относиться, и молча осмотрела двор. Только вчера мне казалось, что за мной кто-то следит. Я списала все на свое воображение и почти забыла об этом, но что, если кто-то все-таки был здесь и наблюдал? Что, если кого-то настолько разозлил мой приезд в город, что он разбил машину?

Нет. В этом нет никакого смысла. Ничто из того, что случилось десятилетие назад, не было моей виной. Или виной любой из его жертв. Так почему кому-то должно мешать мое возвращение?

— Скорее всего, это просто был акт вандализма. — Сказал офицер. — Наверное, ребятам стало скучно, и они не нашли лучшего времяпрепровождения, все остальное просто случайность.

Я кивнула с отсутствующим видом.

— Но если у вас будут еще какие-то проблемы или вспомните что-то связанное с этим, позвоните в участок и попросите меня, — предложил офицер. — Я напишу рапорт об акте вандализма, чтобы вы могли получить страховку. Хорошо?

— Да, конечно. Спасибо.

Офицер Брэдшоу кивнул и пошел обратно к своей машине, а потом резко остановился у водительской двери.

— Хотелось бы, чтобы обстоятельства были другими, но мне все равно было приятно с вами познакомиться. — Он открыл дверь и снова повернулся ко мне. Наши глаза встретились, и холодок пробежал по моей спине. — Уверен, что мы еще увидимся.

Я позвонила в страховую компанию и назначила время инспуктору для визита на следующей неделе. Потом убрала остатки стекла и переставила машину в каретный сарай. Причем все это я сделала аккуратно, не загнав осколки в самые нежные места. Определенно, это успех.

Вскоре пришел Джеймс, чтобы приготовить обед, а я помогала оживленной блондинке, Анжеле Реиди, подготовить забронированные комнаты.

Анжела была на несколько лет младше меня и оказалась милой болтушкой. Я сразу поняла, почему мама считала ее немного легкомысленной. Анжела сначала говорила об одном, а потом останавливалась в середине предложения и резко меняла тему. Она рассказывала о своих вечерних занятиях в общественной школе в близлежащем Хагерстауне. Анжела хотела стать учителем младших классов. У нее был парень по имени Итан. Они были вместе уже три года.

Мне нравилось слушать Анжелу даже несмотря на то, что я не могла вставить ни слова. Поэтому и позволила ей вести беседу, пока мы переходили из комнаты в комнату. Это отвлекало меня от мыслей об утреннем происшествии, что было весьма полезно, потому что воображение уже рисовало самые худшие варианты развития событий.

Я думала о том, почему именно моя машина стала целью.

В этом не было смысла, но и более сумасшедшие вещи оказывались вполне реальны.

Закончив с комнатой пожилой пары, мы пошли в прачечную. Я достала теплые полотенца из сушилки и положила их на чистый рабочий стол.

Анжела взяла грязные простыни и, пыхтя от напряжения, засунула их в стиральную машину.

— В этом мире я ненавижу лишь одно — складывать простыни.

Я улыбнулась ей в ответ и продолжила сворачивать полотенца.

— Это потому что невозможно аккуратно их сложить.

— Что верно, то верно, — сказала Анжела, отмеряя стиральный порошок мерным стаканчиком. — Каково вернуться сюда? — спросила она через секунду.

Складывая полотенца в небольшую башенку, я пожала плечами.

— Не знаю. То есть, хорошо. Я скучала по… этому месту.

— Правда? — в тоне Анжелы послышалось сомнение. — Ты скучала по уборке за людьми и стирке?

Я рассмеялась.

— Не совсем, но это наследие моей семьи и… — Я посмотрела на свои руки поверх полотенец. — Я с самого начала собиралась заниматься этим, пойти по стопам своих родителей и все такое. — Это было правдой. Когда я была помладше, я мечтала управлять гостиницей. Я бы сказала, что мечта изменилась. Однако это было не так. Ее украли. — Мне нравилась моя работа в Атланте, складывать полотенца действительно не очень увлекательно, но все это принадлежит моей семье, а значит, и мне. Сложно объяснить, но здесь мое место.

Анжела какое-то время смотрела на меня, а затем улыбнулась.

— В этом есть смысл. Я чувствую почти то же самое по отношению к обучению малышей. — Она потянулась и поставила моющие средства обратно на полку. Затем включила стиральную машину и подошла ко мне. Она взяла одно из полотенец. — Должно быть, так сложно вернуться сюда после всего, что произошло. Не думаю, что я смогла бы.

Мой взгляд остановился на девушке.

Анжела же была сосредоточена на своих полотенцах.

— Каждый раз проезжая по Дороге номер 11, мимо старой водонапорной башни, я думаю лишь об этом. — Анжела дернула плечом, а мой желудок вновь скрутило. — От одной мысли мне страшно, а ведь я не переживала это, как ты. Даже представить не могу, через что ты прошла…

Полотенце выскользнуло из моих рук и упало на пол.

— Черт, — пробормотала я, поднимая его и встряхивая. — Мы можем сменить тему?

Карие глаза Анжелы расширились, а лицо залилось румянцем. Она прижала полотенце к груди. У нее был такой вид, словно она сейчас расплачется.

— Боже мой, прости меня! Я даже не подумала.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и заставила себя улыбнуться.

— Ничего.

— Нет. Я сказала, не подумав. Моя мама всегда говорила, что от этого будут сплошные неприятности. Да и Итан говорит то же самое. — Торопливо сказала Анжела. — И они правы. Мне так жаль. Это было так неуместно с моей стороны.