– Что-ж. – Павел Овчинников улыбнулся. – Друг Александра Фишера, а тем более спаситель – мой друг, и мне кажется, что у меня есть, что вам предложить.

Переговоры с Фишером об основании в Москве нового ювелирного дома, с собственными приисками камней и драгоценных металлов, шли тяжело. Фишер – один из богатейших ювелиров Европы, не понимал зачем ему ещё одно предприятие, пусть и вполне перспективное, а для Овчинникова этот был шанс выбиться в Европейскую ювелирную элиту. Поэтому он стразу решил сделать таким образом респект гостю, раз уж просто сделать подношение было никак невозможно.

Он вышел из комнаты, и буквально через пару минут вернулся, держа в руках, небольшую коробочку.

– Это перстень, по легенде принадлежавший королеве Елизавете первой, и приносивший ей удачу.

В коробке, на чёрном бархате, лежал ажурный золотой перстень с большим изумрудом необычного бирюзового цвета в форме сердца.

– Я даже боюсь предположить сколько может стоить такое чудо. – Николай совсем немного разбирался в камнях, но того что он знал, было достаточно чтобы понять, что это вовсе не обычное украшение.

– Сколько бы оно не стоило, оно ваше. – Фишер улыбнулся. – И отказа я не приму.

После посещения ювелирного магазина Николай поработал в библиотеке, перелопатив большое количество иностранных технических журналов, и заехав домой, переоделся, чтобы уже к шести часам вечера быть у подъезда городского дома, принадлежащего княгине.

Экипажей было много. От самых роскошных фаэтонов фабрики РуссоБалт, до скромных двуколок, возницы которых коротали вечер в специально выстроенном павильоне, куда подавали еду и лёгкую выпивку.

В зале куда его проводил пожилой слуга, уже толпилось больше полусотни мужчин и женщин, занятых разговорами и дегустацией вин, которые на новый французский манер, наливал слуга за высоким, барьером – стойкой.

Несмотря на относительную простоту нравов, царившую в доме Голицыной, Николая, как не представленного гостям, никто не торопился принимать в свой круг, а сам Николай, тоже не горел желанием обсуждать последние бега на столичном ипподроме, или выставку диковин что привёз известный естествоиспытатель и путешественник Рерих, с супругой.

Но неожиданно перед ним остановился офицер в тёмно-зелёном общевойсковом мундире и эмблемами артиллериста.

– Молодой человек, позвольте представится. Генерального Штаба майор Поляков Пётр Фёдорович. – Артиллерист лихо щёлкнул каблуками, и коротко склонил голову.

– Боярич Белоусов, Николай Александрович. – Николай улыбнулся и пожал руку.

– Мы с княгиней давние друзья, и она попросила меня присмотреть за вашей светской карьерой, так что не стесняйтесь. Куда желаете пристать? Могу порекомендовать кружок поэтов и примкнувших к ним, где заводилой Анненский Иннокентий Фёдорович. Вон там, у рояля, наши любители салонного пения, среди которых вы можете видеть барона Штиглица – известного покровителя оперных див, и потрясателя общественных нравов и самого Шаляпина. А у балкона – кружок любителей автотехники, где царствует господин Волошин. Кстати, говорят, пописывает неплохие стишки, но я как-то не имел счастья ознакомиться.

– Ну, для старта знакомств можно и с автолюбителями пообщаться. – Николай усмехнулся. – Люди они увлечённые, а у меня как раз есть тема, которая им понравится.

– Это какая же? – Майор удивлённо посмотрел на Николая.

– Хочу предложить им дать мне совет относительно приобретения нового авто. Видите-ли, дело в том, что объект наших советов нам куда дороже, чем тот, кто этот совет даёт. Изречение совета, как бы ставит советчика в положение патерналистское по отношению к собеседнику, что резко повышает его самооценку, а это в свою очередь, улучшает отношение к собеседнику.

– Хмм. – Майор как-то странно улыбнулся. – А вы нуждаетесь в советах подобного рода?

– Наверное, да. – Николай кивнул. Одно дело прочитать о той или иной модели в рекламной статье, а совсем другое – реальный опыт эксплуатации. Так что, да. Выслушаю со всем вниманием.

– Отлично. – Пётр Фёдорович движением головы пригласил следовать за собой, и пошёл вперёд, ловко огибая перебегавших от кружка к кружку.

– Господа. – Майор широко улыбнулся, словно распорядитель праздника, и чуть обернулся в сторону Николая. Спешу представить вам, моего юного друга, боярича Белоусова Николая Александровича. Накануне, боярич выразил сожаление, что не может найти строгого и беспристрастного советчика, коей помог бы ему в трудном выборе автомобиля, и я рискнул предложить ему, обратиться за помощью к вам, известным любителям и ценителям этой техники.

– Боярин Полуцкий. – Высокий статный мужчина в бархатном пиджаке, и круглых очках на вытянутом лице, коротко кивнул представляясь.

– Генерал-майор, боярин Игнатьев – Мужчина с короткой щёточкой усов, в партикулярном костюме с прицельным взглядом колючих, внимательных глаз, по-военному коротко поклонился.

– Степан Овсянников. – Гладко выбритый, широкоплечий, с лопатообразной ладонью, и хитрым взглядом, Овсянников даже с первого взгляда вызывал невольное уважение и ощущение надёжности.