Когда представление закончилось, Гурвич убежал по своим делам, а Николай с Олегом вышли на площадку перед цирком, и капитан, вытащив из портсигара очередную сигарету закурил.

– Ну, как минимум, один кандидат у нас есть. – Сказал офицер, задумчиво глядя куда-то в пространство. – Мадмуазель Блорди, на мой взгляд могла в ту дыру что вы показали войти без масла.

– Осталось совсем немного. – Николай вздохнул. – Убедиться в том, что это они, и найти эту радиостанцию.

– Да, начать и кончить. – Капитан кивнул. – Можно конечно устроить тотальный обыск…

– В цирке, среди реквизита? – Николай хмыкнул. – Результат предсказать несложно. Может устроить что-то вроде пожара? Дым, шум…

– Полагаете они кинутся к своему тайнику? – Капитан покачал головой. – Пожар в цирке – это такой хаос, что мы их мгновенно потеряем. Будь мы на чужой территории, то я бы приказал взять этих субчиков, да поспрашивать так, что они сами бы всё рассказали. Но, здесь в империи… И ведь агентов не подсунешь. Они тут друг друга знают, как облупленных.

– Да и нет времени на игры. – Николай качнул головой соглашаясь с Воротынским. – А скажите, Олег Христофорович, нет ли у вас в знакомых, мужчин совсем звероватого вида? Ну чтобы один взгляд ночью, и все барышни в обмороке?

– Хотите пресс устроить? – Капитан ухмыльнулся. Есть, как не быть-то? И даже по нужному профилю. Сейчас телефонирую только…

Пока капитан ходил договариваться с силовой поддержкой, Николай прогулялся по цирковому городку, и в очередном закоулке увидел приткнувшийся к загону с лошадьми маленький двухместный автомобильчик Бенц – Шлёкен, очень любимый дамами за мягкий ход, лёгкое управление, и просторный багажник. Такая же машина была у его мамы, и именно на ней боярич учился ездить.

На ободе колёс, было явно видны следы от чернозёма, весьма нехарактерного для Москвы и окрестностей, но водящегося на лужайках вблизи лабораторного корпуса Физического Института.

Минут через сорок, когда цирк уже начинал сворачиваться на ночь, к шатру подъехал небольшой крытый грузовик, откуда стали выскакивать полицейские. Широкоплечие бородатые мужчины гренадёрского роста, вооружённые укороченными автоматами Фёдорова в чёрных шинелях, и с кубанками на голове, числом около двух десятков, быстро построились, и урядник, командовавший нижними чинами, подошёл к капитану, и вскинул ладонь к шапке.

– Ваше благородие. Летучий отряд полиции восемнадцатого отделения прибыл в ваше распоряжение.

Только сейчас Белоусов оценил не только богатырскую стать полицейского, но и лицо, пересечённое шрамом наискосок от лба до щеки. Вид у урядника был действительно страшноватый. Папаха, чуть сдвинутая на затылок, открывала лицо со шрамом, большие тёмные глаза навыкате, придавая уряднику вид туповатый, но бравый.

– Вот, Николай Александрович, рекомендую урядника Говорова Петра Федотовича. В одиночку взял банду из семи человек. Правда трое не выжили, ну так то, не большая беда.

– Рад знакомству Пётр Федотович. – Николай пожал лопатообразную ладонь полицейского. – Вам уже объяснили, что нужно сделать?

– Так понятно же. – Урядник чуть изогнул губы в улыбке, и бояричу почему-то стало ясно, что облик недалёкого служаки лишь маска, на лице умного и ироничного человека. – И пугнуть, и подмогнуть в случае чего. Не в первый раз с Тайниками работаем. Манёвр понимаем.

– Тогда давай организуй нам здесь директора этого курятника, но, чтобы уже на всё согласного.

– Это мы мигом. – Он кивнул, отошёл к своим людям, и двое из нижних чинов унеслись куда-то в глубину палаточного городка.

Уже через пять минут, на руках словно куклу принесли едва одетого директора цирка который потея и запинаясь рассказывал, что дуэт Блорди он нанял буквально перед поездкой так как акробатическое трио Ансальди выступавшие у него внезапно заболели, и не смогли ехать.

– Поставьте его. – Капитан кивнул огромному словно медведь полицейскому, и тот разжав руку, уронил директора на брусчатку. – Воротынский присел у директора и внимательно посмотрел тому в глаза. – Сейчас тихо и медленно встанешь, и не делая резких движений, покажешь вагончик этих Блорди. – Капитан говорил по-французски правильно и без акцента, но очень по-книжному, что выдавало в нём отсутствие языковой практики. – И, если хоть пикнешь не по делу, доживать оставшиеся дни будешь в Сибири. Ясно?

– Да, господин! – Директор который к этому времени успел встать на четвереньки, не поднимаясь закивал головой, так преданно глядя в глаза капитану, что тот с усмешкой потрепал его по щеке, как хорошего пса.

– Веди.

Вагончик Блорди, совсем небольшой, а точнее четвертинка железнодорожного контейнера, стоял в ряду таких же металлических кубиков, приспособленных для перевозки на открытых платформах. В стенке вагончика было всего пара окон, и две двери, чтобы можно было соединить их переходами, когда они стояли на одной платформе, или соединялись вместе для удобства проживания.