Она уперлась руками в его грудь.

— Я тебя не боюсь. — Сэйди вообще ничего не боялась. Она была оборотнем, одним из самых сильных сверхъестественных существ. Лучшими из лучших. Существ, которые могли перевоплощаться и убивать, и…

— Чушь собачья, — повторил он. — Я ведь знаю о твоей подруге. Все о ней и о той ночи, когда ты научилась бояться вампиров.

Все её тело окаменело. Миллер — вот сволочь. Он должен был понимать, что стоит держать язык за зубами о её личных делах. Её лицо пылало. Сэйди понимала, что щеки покрылись темно-красным румянцем.

— Ты не знаешь…

— Мальшку Джасмин… которую убил вампир.

От нахлынувших воспоминаний она впилась когтями в его грудь.

Длинные волосы, испачканные чем-то красным. Незаживающие раны.

Вкус слез на языке.

Крики, отчаянные и молящие.

И Джасмин, губы которой двигались, силясь о чем-то сказать.

Но её горло было разорвано.

И она умирала. Свет уходил из её глаз, пока они не потухли.

Его смех. Издевательский и скупой.

— Ты следующая.

Лиам встряхнул Сэйди, её голова моталась из стороны в сторону.

— Сэйди!

Прошлое исчезло. Хотя нет, вот оно прямо перед ней. Она могла видеть блестящие клыки.

Вампир.

— Сэйди, — голос мягкий, почти ласкающий. — Все в порядке, любовь моя. Я понимаю.

Она покачала головой.

— Ты не знаешь…

Он поджал губы.

— Я пил твою кровь. Ты должна понимать, что это значит.

Она нахмурила лоб. Лиам сделал всего несколько глотков. Вряд ли этого достаточно, чтобы…

— Мы связаны, Сэйди.

Кровная связь. Черт.

Её брат будет в ярости.

Она только предполагала.

— Нет, это невозможно. Ты взял не достаточно…

Его ладони прошлись вниз по её рукам, а затем едва прикасаясь, его пальцы прошлись по её груди.

— Я чувствую тебя. Твой гнев. Страх глубоко внутри. Боль. Я ощущаю все это.

Сэйди хотела закрыть глаза и выбросить его из головы, но знала, что не сможет сбежать от этого.

Если Салливан говорил правду и кровная связь соединила их, то у нее никогда не будет возможности сбежать. Вампир сможет найти её где угодно и когда угодно.

Кровная связь была одной из самых могущественных сил, которой обладали вампиры. Когда вампир питался, он связывал себя с добычей. Как она слышала, иногда связь становилась настолько сильной, что кровососы могли читать мысли и даже управлять людьми.

А теперь она стала одной из жертв?

Дерьмо.

Сэйди высвободилась из его объятий. Поскольку этот офис был их общий — спасибо Миллеру, с которым она ещё расплатится, — то она не могла сказать Лиаму, чтобы он проваливал.

Но зато могла свалить отсюда к чертовой бабушке на своем «додже». Она сжала руки в кулаки и направилась к двери.

— Сэйди.

Она не оглянулась.

— Я знаю, что ты видишь, когда смотришь на меня.

Шаги замедлились, немного.

— Я не хотел этого.

Вампир уже упоминал об этом, но сейчас она поверила и оглянулась.

— Что же ты тогда хотел?

Грустная улыбка мелькнула на его губах.

— Тебя.

А Сэйди так же сильно желала его. Этот голод, эта нужда. Той ночью эти чувства проснулись в ней, и она понимала, что если не будет осторожной, то это случится снова.

Она еле выжила, когда потеряла его тогда. Это было дьявольски трудно, но Сэйди сделала это.

И черт побери, не собиралась пережить это снова.

С Лиамом у нее не было будущего.

— У тебя есть я.

Сказано с трудом и слишком резко. Она стремительно вылетела в дверь, а слабый шепот его слов последовал за ней.

— А ты будешь моей, снова.

Великая Сэйди Джеймс испугалась и сбежала.

Лиама, вероятно, рассмешил сей факт. Должно же хоть что-то пугать суперженщину, э-э… оборотня, в конце-концов.

Но Лиам не смеялся. Он был в ярости.

Она, мать твою, не имела права бояться. Сэйди должна была лучше знать это. Он же не какой-то псих, который начнет кидаться на невинных младенцев.

Да, у него есть клыки.

И он пьет кровь.

Ну и что? У каждого свои недостатки.

Лиам бродил по городским улицам, прислушиваясь к звукам музыки и громкому стаккато смеха. После шикарного бегства Сэйди — ему, по крайней мере, представилась возможность лицезреть красиво покачивающиеся бедра — он решил поохотиться. Один.