– Все пройдет по плану, – заверил его Джакомо.

– Вы не можете знать наверняка, – возразил Рамиро. – Только не после того, как остановится поток личных сообщений –

– Так поздно? – Джакомо умолк, пытаясь сформулировать ответ, будто утратив привычку представлять себе что-либо, выходящее за рамки его предвидения. – Обрыв – наших рук дело, – наконец, произнес он. – Мы планировали его задолго до появления самой системы передачи. Мы знаем, что он произойдет – и что мы прилагаем к этому больше усилий, чем кто бы то ни было. Разве можем мы потерпеть неудачу?

Рамиро отодвинулся от консоли и дал Тарквинии проверить расположение коммуникатора на основе ее собственных расчетов. Пытаясь свести к минимуму риск, что кто-то засечет сигнал по пути на поверхность горы, они сделали пучок настолько узким, насколько только хватало смелости. Но весь риск был бы впустую, если бы им не удалось нацелить луч точно в то место, куда они направили первый блокиратор, дав приказ закрепиться на склоне горы.

– По-моему, все правильно, – сказала Тарквиния.

– Ты уверена?

– В конечном счете все сводится к простой арифметике и геометрии, – ответила она. Даже если я повторю все выкладки дюжину раз, ответ от этого не изменится.

Рамиро уже ввел в программу координаты ближайшего тайника. Он нажал на клавишу консоли, и из передатчика вырвался плотный пучок ультрафиолетового света. Ответное подтверждение пришло незамедлительно – блокиратор принял сообщение и готовился к выполнению переданных инструкций.

– Идеально! – воскликнула Тарквиния.

– Пока что. – Чтобы доползти по склону горы к первому месту встречи блокиратору потребуется три дня. Рамиро представил себе прототип, который с лязганьем карабкался к нему по каменной плите, когда они еще были на борту Геодезиста. Они учли, что машины могут оступиться, и им потребуется заново искать точку опоры, однако сложные маневры, необходимые для захвата груза, потребуют расхода воздуха, а дополнительная масса, которую блокиратору придется тянуть за собой, еще больше урежет их право на ошибку.

– Следующая цель, – сказала Тарквиния.

Какое-то время удача была ни их стороне, но когда очередь дошла до пятого блокиратора, ответный сигнал так и не пришел. Рамиро перепроверил направление приемопередатчика, затем расширил передачу, но это не дало никакого эффекта.

Когда они запустили блокираторы с Геодезиста, каждому из устройств были выданы заранее определенные координаты, но если состав породы окажется неподходящим, машины должны были повторить попытку, попробовав закрепиться в окрестностях назначенной точки. Координаты варьировались при помощи псевдослучайного алгоритма; зная начальное значение, они могли в точности восстановить всю последовательность чисел.

Спустя дюжину шагов, Рамиро сдался. Если к этому моменту блокиратор не нашел надежную точку опоры, то он наверняка истратил слишком много воздуха, и даже найди они его, все равно оказался бы бесполезен.

– Один из пяти, – сказала Тарквиния. – Это мы переживем.

К концу дня они поставили крест на трех блокираторах, но зато привели в действие на дюжину больше.

– Если бы Джакомо оставался с нами на связи, – задумчиво произнесла Тарквиния, – то мог бы избавить своих людей от необходимости устраивать три последних тайника.

– Может быть, – согласился Рамиро. – Или же мы допустим ошибку с захватом трех других тайников, и нам придется возвращаться назад, чтобы воспользоваться теми, которые изначально показались лишними.

– Тоже верно. – Тарквиния протянула руку и сжала его плечо. – Мы делаем успехи.

Рамиро был вымотан. Он смотрел в пустоту комнаты, стараясь не думать о машинах, удиравших по склону горы; чем больше он их себе представлял, тем сложнее было отделаться от мысленной картины заевшей шестеренки или расшатавшегося бура.

– Наши главные задачи были решены в момент разворота, – сказал он. – В тот момент в нашей жизни было куда меньше трудностей и неопределенности, чем у любого путешественника предыдущих поколений. Как же дело дошло до такого? Почему именно мы стали теми идиотами, которые могут все потерять?

– Хватит об этом думать. – Тарквиния взяла его за руку и отвела в спальню.

Когда они закончили, Рамиро в сердцах ухватился за ее тело. Он впустую потратил полжизни на эту имитацию отцовства. Если он не хотел становиться отцом по-настоящему, то зачем продолжал гоняться за этой тенью? Сейчас он был в плену точно так же, как если бы смиренно исполнял приказы своего дядюшки.