Заэль напрягся. Хоть он и отнял крылья у архангела, которые давали ему серьёзное преимущество в битвах, но устоять перед таким элитным воином шансов у него было немного.

Он мысленно звал к себе Офелию, надеясь, что она услышит, почует его импульсы и придет на подмогу. Вдвоем они легко одолеют Джоану, если та полезет на рожон. Но сейчас Заэль был один наедине с прекрасной ядовитой змеей.

Он осторожно сел, потирая ушибленный затылок и не отрывая взгляда от стройной блондинки с кукольным личиком.

— Где мы?

— Временная Мельница. Не узнаешь? — Джоана ослепительно улыбнулась и постучала по золотому браслету на руке с изображением песочных часов. — Никто не помешает нашей беседе. Мы будем сидеть под куполом столько, сколько надо, пока не договоримся внять моим доводам.

Плохо дело. Заэль понятия не имел, как выбраться из-под купола Временной Мельницы. Сейчас время для них застыло в одном мгновении. Они могли провести тут час, день или целый год, тогда как за пределами купола пройдет не более нескольких минут.

— Чем удостоин такой чести? Не слышал, чтобы архангелы когда-нибудь проверяли состояние выброшенного мусора.

— А я никогда не слышала, чтобы падший ангел умудрился выжить.

— Ага, то есть то, что я мусор, ты не отрицаешь.

Джоана расплылась в еще более сладкой улыбке.

— Не буду ходить вокруг да около. Я предлагаю тебе обмен.

— Вряд ли он справедливый и равноценный.

— Конечно, нет. Я предлагаю тебе намного больше, чем ты можешь мне дать в ответ.

Заэль удивлённо вздернул бровь. Даже интересно стало, что такого особенного она может предложить?

Джоана выдержала эффектную паузу, потом произнесла нараспев:

— Мы вернём тебе все права жителя Поднебесья и подарим статус архангела в обмен на жизнь Офелии.

— Хм. Нестыковочка выходит. Натаниэль говорил, что ты заключила с демонами сделку и объединилась с ними, чтобы…

Джоана звонко рассмеялась, обнажив белоснежные зубы.

– Тебе слишком легко внушить какую-нибудь кретинскую мысль, глупышка. Натаниэль был послан к тебе с одной лишь целью — завлечь тебя сюда. Отвести подальше от Офелии, чтобы она не морочила тебе голову своими темными чарами. Ну так что? Ты согласен обменять свою свободу на ее жизнь?

— Оу. Конечно. Прям сейчас принесу вам ее на блюдечке.

— Заэль, ах, Заэль, — покачала головой Джоана. — Я же серьезно. Ваш союз опасен. Мы поможем вылечить тебя от губительного влияния любви.

— Да почему? Почему губительного-то? Почему ангелам нельзя любить, черт возьми?

— Ну как же? — Джоана улыбнулась своей фирменной приторной улыбкой. — Ты ведь заметил по себе, что ангелы склонны уходить в эмоции с головой, не так ли? Если ненавидеть, то так, что прежние дружеские связи перестают что-то значить.

— Ничего подобного! — возмутился Заэль.

— Да ну? А как же Сиэль?

Заэль умолк, не найдя, что ответить.

— Ты очень жестоко расправился с ним, — театрально вздохнула Джоана. — Ненависть затмила твой разум, тьма поглотила свет и все то теплое и доброе, что связывало тебя с некогда другом. Разве не так?

Заэль молчал. Джоана, довольная собой, продолжала:

— Ненавидеть до потери контроля, любить до потери рассудка… Остервенело любить, я бы сказала. Жадно, дико, забывая про другие жизненные ценности. Но что тогда достанется мирозданию?

— В каком смысле?

— Ну как же? Влюблённый ангел получает бесконечный источник энергии лично для себя. Влюбленному ангелу больше не нужно собирать позитивную энергию у других людей и умножать ее во Вселенной. Нет больше смысла заботиться о них, прогонять демонов. Зачем плодить чей-то позитив и следить за равновесием мира, если тебе лично это больше не нужно? При таком раскладе больше нет стимула делать этот мир лучше. Нет необходимости стараться для других и вносить свою лепту в становлении нового мира. Понимаешь?

Заэль хмуро молчал. С такой точки зрения он на проблему не смотрел.

— Подумай, что случится с мирозданием, если большая часть ангелов забросит свои обязанности? Голова, набитая глупыми любовными сюсюканьями, не может работать на благо Поднебесья. Для ежедневного притока позитивной энергии необходима холодная голова, ясный ум. А ты сейчас горяч, как орда разбушевавшихся дилмонов, — усмехнулась Джоана. — С таким бестолковым ангелом будущего не сотворишь.

— То, что ждет нас в будущем — это то, от чего мы бежим в настоящем, — возразил Заэль. — Не я, так кто-нибудь другой сломает эту порочную систему. Я не вижу причин для того, чтобы совмещать надзор за людьми с личными любовными утехами.